Написано по мотивам сна


Утренняя суета нарушала привычный порядок жизни простых государственных служащих структуры под условным названием «Болотные топи». Людей заведомо отличавшихся от остальных уже хотя бы тем, что на субботники они ходили не по зову сердца, а по принуждению. И принуждение это якобы носившее рекомендательный характер спускалось «сверху» для неукоснительного выполнения с четким графиком и списком фамилий. Впрочем, все как обычно в госслужбе.
Но сказ мой не о субботниках, а о том, как днесь быстро и славно проходит кадровая политика на местах.
Днем раньше. В кабинете председателя. Около 21:00.
«Верка, давай! Верка! Верка! Верка!», - орал во все горло завхоз Иваныч, закусывая «Мартини» соленым огурцом. На столе в одной юбке и разноцветном парике выплясывала сотрудница отдела по работе с нищими и убогими – Вероока Каблукова.
Корпоратив по случаю ухода старого руководства был в разгаре. Для женского стриптиза достаточно было подслеповатого 78-летнего завхоза Африкана Ивановича Плюня и фотографии уволенного председателя Мишаила Моисеевича Сракияна, которую приклеили на кусок туалетной бумаги и подвесили на потолок для реалистичности присутствия.
Пьяные в хлам работники вовсю обсуждали своего бывшего председателя, чередуя небылицы с плевками в его фотографию, которая висела над столом. Съедено было много, а точнее все. К 22 часам ночи на столе остались соленые помидоры и шкурки от колбасы.
Ближе к 23 часам к празднующим уход «деспота и извращенца Сракияна», это была цитата, присоединился охранник Ваня, он принес с собой бутылку водки и пакетик жареного арахиса «Красные шаровары». Праздник продолжался. Иваныч рыгал в мусорник, видимо от «Красных Шаровар», потому что их срок годности закончился еще год назад.
«Эй, Верка, а чего у тебя на башке волосы пи**рские?» - спросила пьяная бухгалтер, к груди которой склонился краснощекий и слюнявый Ванька.
На вопрос о волосах все как проснулись, и уставились вопросительно на Веру. Возникла долгая пауза, прежде чем девушка смогла ответить на поставленный вопрос.
«На прайде в одного молодца реквизировала!» - с облегчением сказала Вера.
Но бухгалтер не успокоилась и продолжала.
- Так что же это ты по прайдах ходишь?! – икнула. – Ты что гей? Пардон, геиха?
- Дура! Сама ты геиха, я пошла поглядеть, что там, да и как. Фото поделать, перьезадых и сиськолживых увидеть.
- Сама ты дура! Я тебе за что премию то насчитываю! Чтобы ты по гей-парадах шлялась! А ну живо отвечай, коза!
- Я была там в не рабочее время! – на! (скрутила дулю).
- Да пошла ты! – поцеловала охранника в темечко.
Веселье корпоратива стало подходить к агрессивной развязке, к выяснению отношений и воспоминаниям кто и что кому сказал. Охранник Ванька снял рубашку и демонстрировал татуировки, как оказалось, он сидел по малолетке за хулиганство и разбой.
Бухгалтер Лидочка Семеновна в какой-то момент решила, что радужный парик ей пойдет лучше, и недолго думая, сорвала его с головы Верооки. Будучи человеком итак весьма неаккуратным, а пьяной так и подавно, вместе с париком сорвала и сережку с уха. Между женщинами началась пьяная перепалка минут на 15, пока в конфликт не встрял Иваныч.
Разбороняя пьяных женщин завхоз два раза получил в ухо и в челюсть, дед держался стойко, как воин на Колчаковских фронтах, пока одна из бестий не укусила его за бедро. Тут и терпению его пришел край, перестал удерживать дерущихся, и вышел прочь.
Иваныч вернулся минут через 5 с ведром воды. Причем ведро он взял в коридоре, оно стояло, чтобы в него капала вода с крыши во время дождя. Окатил сначала одну, а потом другу, а потом со словами: «Курицы! Пора мне домой!» поковылял домой.
Корпоратив потроху рассасывался. После Иваныча ушел охранник нести свою боевую службу. Бухгалтерша, еле стоя на ногах, вызвала такси и укатила кутить в ближайший караоке-бар.
Было уже поздно, ехать домой бессмысленно, а потому наша героиня пошла спать в кабинет.

На следующее утро. Около 9:45 часов.
Какая-то нездоровая суета, все бегают с перепуганными глазами, носятся с бумажками, папками. Завхозы перевозят мебель, матерятся. Уборщицы бегают со швабрами, вениками и тоже матерятся.
Что случилось? – это первый вопрос, который возникает. Но никто не отвечает, все заняты своим делом.
Вера пошла мыться в туалет, ну как мыться, умыться хотя бы да рот прополоскать. Вид у нее, как у проститутки, которая гуляла всю ночь. Хотя, если задуматься, кое-что из этого было правдой.
По коридорам с огромной скоростью носились сотрудники государственной инстанции «Болотные топи», все какие-то взмыленные, перепуганные.
Пока Вероока шла до туалета, ее чуть не сбил с ног сисадмин Дормидонт, сын кадровички. Лицо неприкасаемое и весьма паскудное, даже липкое по части ухаживания. А потом промчалась и его мамаша, почти двухцентнерная баба в кроссовках и в велюровой юбке, которая от-от треснет на заднице. Такая если бы налетела, то сразу в травмпункт или на кладбище. Особа крайне мерзкая и противная в своей тяге к легкой наживе.
В туалете было спокойно, но там долго не просидишь, сами понимаете, запахи, звуки. Выйдя из туалета, девушку что-то дернуло заглянуть в кабинет бывшего председателя. И когда она заглянула туда, то просто остолбенела.
От вчерашнего корпоратива не осталось и следа, кабинет выглядел чисто и даже ново. В кресле председателя сидел смуглый человек с густой шевелюрой подобной черной мочалке, и давал распоряжения по телефону. А рядом с ним был человек внешне похож на него, но одет похуже и дешевле, роста маленького не выше 150 и плотного телосложения. Как оказалось позже, это был новый председатель и его лебезивый лакей – советник Амруил Вахуил. Их внешность напоминала героев остросюжетного сериала «Рабыня Изаура» или бомбейский экшн «Танцор Диско».
Вероока была потрясена изменениями. Не успело место простыть от Сракияна, как тут Боливуд на выезде! Непорядок!
Что-то сжалось в девичьей груди и хотелось плакать, но нельзя раскисать, грядет время больших сражений за свое место в «Болотных топях», это Вера чувствовала третьим глазом, который правда, еще не раскрылся.
Беда в том, что в кабинете нового председателя, в тумбочке за вазоном остались ее босоножки и лифчик с корпоратива. Надо было забрать свое имущество, но как?
Как, как? Да просто! Взять и забрать! Что Вера и сделала, она не любила долго думать. Потому что знала: чем больше думаешь, тем больше начинаешь сомневаться в своем намерении и правильности решения.
- Здрасте! Можно я пройду, там мое в тумбочке лежит – указывая пальцем на тумбочку.
- (после паузы) Здрасте! Пройдите, возьмите.
- Я тут…Я вчера….Вообщем….Это мое….Ну, вы понимаете, да? – достала с тумбы пару пар босоножек и несколько лифчиков.
- На сем разрешите откланяться! Пойду работать, работы много.
Идя по коридору с охапкой босоножек и лифчиков, многие из которых были не ее, Вероока чувствовала спиной взгляд. Тяжелый взгляд черных вылупатых глаз под черной челкой похожей на мочалку буравил стройные ноги в дырявых чулках.
По коридору, подобно мячику, на встречу Вере котился советник нового председателя Михуил Бихиул или как там его. Говорил он с трудом на языке Есенина и Пушкина, хотя разве можно сравнивать речь этого папуаса с речью великих писателей, - нет, конечно!
Лакей стал что-то гутарить Вере про рабочее время и внешний вид государственных служащих, и тут ее славянская душа не выдержала, хлынула казачья кровь по жилам прямо в голову.
Она прижала коротышку к стенке пузом и грудью, да так, что тот едва дыша, стал запинаться и просить на неизвестном языке его отпустить, но госслужащая не сдавалась. Босоножки и лифчики валялись на полу, а Вера давила мочалконосца и была неумолима. Преобладая в весе и росте этого, Господи прости, советника, девушка и сама не знала, чего от него хочет. И вдруг, как обухом по ягодицам, ее осенило! Закон! Вот как раз он и пришел ей на помощь.
Сильно придавливая советника председателя к стенке, Вера стала громко цитировать Закон Украины «Про государственную службу» на языке оригинала. Его аж стало корчить от произносимых статей и норм этого закона. Он кричал уже на русском языке «Довольно!», «Хватит!», «Иди в ж*пу!», «Ведьма!».
Цитирование статей вышеупомянутого Закона подействовало на советника, как слова из Библии на грешника при изгнании бесов. Видя это, Вера еще больше входила в раж, она не останавливалась, и все громче и громче цитировала Закон. Пока коротышка не потерял сознание и не свалился мешком на пол.
В кабинете председателя тоже что-то происходило, но что, мы теперь не узнаем, потому что человек не может быть сразу в двух местах.
Остается вопрос, кем же на самом деле были эти новоиспеченные руководители?...


г. Киев, 13.04.2020

Примечание: все действующие лица, персонажи полностью выдуманы, названия и события - случайное совпадение.