Однажды в гримёрке встретились Вуди Ален и Кощей Бессмертный. Вуд смывал грим с лица и увидел в углу Кощея.
- Тьфу, ты, дурилка… Напугал меня.
- Вхожу в роль, – ответил Бессмертный.
- Слушай не заходи так далеко. Ты уже на месте. Я чуть не обделался.
Кощей закрыл глаза и слился с серой краской на стене.
- Не могу понять…
- Что именно?
Вуд раскраснелся. Стираемый грим оставлял раздражение на коже и, кажется, уже давно проник в поры старика.
- Как это, быть смертным…
- Чего?
- Ну, что чувствуют обычные люди… Как, это, умереть... Есть ли жизнь после смерти…
Вуди осталось смыть последние остатки грима. Небольшой шершавый материк ещё был виден на конце носа. Он перевёл взгляд на отражение серой стены в зеркале.
- Слушай, что за кино такое? Спилберг? Бартон?
Серая стена качнулась от лёгкого вздоха, не давая себя обнаружить.
- Тыкверы? Ван Сент? Эй, ты где? Кощей? Ушёл?
Кощей молчал. За дверью послышались тяжёлые шаги.
- Вот жеж, Голливуд, хренов, без спецэффектов уже и посцать не могут.
Но шаги не удалялись, а приближались. Дверь волной откатила от косяка. На пороге стояла Стела, помощник режиссёра.
- Серёжа, опять?
Она закатила глаза и развернулась в глубь павильона.
- Блять, Зверев опять обдолбанный! Как жить на свете? Кто ему дал реквизит? Я убью его ножницами!
Вуди развернулся к стене. На лице было смущение.
-Серёжа? Зверев? Мне ещё мама рассказывала... Ты ещё жив?