День был хмурым, сырым и морозным. Приближалось Рождество, праздник наступал уже завтра, а в природе Киева и в душе Пети Коврижкина никакого праздника пока не замечалось. И Киев, и Петя – оба выглядели усталыми и замерзшими.

Стемнело рано, начали загораться фонари и витрины, небо вдруг очистилось от низких ватных туч, и в темно-фиолетовой тьме проклюнулись звезды. Все приобрело новый, какой-то праздничный вид. Осунувшиеся дома подтянулись и подбоченились. Снег засверкал и заскрипел, а Петя, целый день едва волочивший ноги и о чем-то смутном сожалевший, приободрился, расправил плечи и ускорил шаги. Дом был уже рядом, да и праздник – почти наступил.

Тут Петя заметил человека. Человек этот лежал на улице, просто на проезжей части, и автомобили аккуратно объезжали его. Он лежал на спине, глядя прямо и неодобрительно в звездное небо, не шевелился и не мигал. Эта неподвижность и остекленевший взгляд испугали Петю, он решил, что человек мертв. Но тут человек выпростал руку, в которой держал большой мобильный телефон, и пошевелил губами.

«Ему плохо!», - решил Петя и кинулся к человеку. Петя помог ему встать, отряхнул от снега добротную дубленку, поправил меховую шапку на голове, и тут выяснилось, что человек не плох, не болен, а очень пьян. Сам он на ногах стоять не мог, а при Петиной поддержке свободно перемещался в любом заданном направлении, правда, придерживаясь его не дольше нескольких секунд. При этом человеку было плевать на сугробы, заборы и автомобили.

В Пете зародилось глухое негодование, когда он в третий раз оттащил человека от дороги, где тот старался пнуть ногой забуксовавший автомобиль. Человек вдруг спросил Петино имя, год рождения, Петя представился, и человек назвал себя – Сергей, и поинтересовался Петиным родом занятий. И тут Петя понял, что не сможет уйти и оставить этого тяжелого, непослушного и «сам-виноватого» человека.

После долгих расспросов, которые поминутно возвращались к теме Петиного имени, возраста и профессии, удалось выяснить, что Сергей живет на окраине, довольно далеко от метро. Петя решил отправить Сергея домой на такси. Но вот беда: в предпраздничный пятничный вечер такси – не поймать и не вызвать. Обледеневшие улицы были забиты машинами, которые едва двигались. Казалось, что мороз сковал движение транспорта, и транспортный поток превратился в транспортный ледник.

Одной рукой придерживая Сергея, Петя второй рукой, которая уже порядком замерзла, старательно набирал все известные ему номера служб такси. Тут телефон мигнул экраном и погас. Петя в сердцах сунул его в карман, схватил Сергея за плечи, повернул к себе и внушительно сказал:

- Сергей, нам с вами надо найти такси… Петя, Петя меня зовут, мне 22 года… Сейчас мы, осторожно и аккуратно, пойдем по проспекту к станции метро. Я говорил, меня зовут Петр, да, и мне очень приятно, 22… Мы будем искать свободную машину. Да, я Петя, а вы Сергей, а года мне 22, и – о да! - мне очень приятно. Пошли!

Петя поволок Сергея к проспекту. Мороз крепчал, и хотя Пете приходилось изрядно трудиться, и он даже запыхался, руки его в плохоньких перчатках очень страдали от холода. Сергей же останавливался у каждой рекламной тумбы и длинно комментировал все на ней написанное, сгибаясь от хохота. Когда же Сергей заметил на перекрестке двух регулировщиков, его разобрал такой смех, что он упал в снег, и Петя долго не мог его поднять.

Так они добрались до станции метро. Там дежурили таксисты, они курили у своих машин, притопывая ногами от холода. Петя кинулся к ним, но никто в такую даль и по таким «пробкам» ехать не захотел. На Петю, на котором повис Сергей, таксисты смотрели с любопытством, но без сочувствия. Тут Сергей понял, что ему отказывают, пришел в негодование, принялся размахивать руками и выкрикивать угрозы. Таксисты заинтересованно собрались вокруг Пети и Сергея в кружок. Сергей вдруг изловчился, выхватил у одного из них сигарету, бросил на снег и топнул по ней непослушной ногой. Вид у Сергея при этом был такой торжествующий, будто он только что доказал сложнейшую теорему. Таксист окаменел лицом, подобрался, стиснул кулаки и угрожающе шагнул к Сергею. Петя бросился между ними: он умолял, жестикулируя, нес какую-то околесицу, но таксистов это убедило. Они, ворча, стали расходиться. «Уводи его отсюда», - кинул один из них Пете.

Петя потащил Сергея дальше. Ему казалось, что Сергей стал тяжелее, кроме того, стычка с таксистами настроила Сергея на задиристый лад, и на углу возле Собора он набросился на какой-то мини-автобус, вцепившись в зеркало заднего вида. По счастью, зеркало он оторвать не смог, а в автомобиле никого не оказалось, так что этот инцидент обошелся без последствий. «Нет, пусть он паркует как положено!» - кричал Сергей. – А мы с… Как тебя? Сколько лет? Сергей! – а мы ему сейчас покажем!»

Наконец, когда они преодолели очередное снежное препятствие, им повстречался таксист, который сразу же согласился отвезти Сергея домой, причем за плату весьма умеренную. Сергей, усевшись в машину, как будто бы протрезвел, посмотрел на Петю прямо и осмысленно и, прощаясь, даже назвал его по имени.
Петя сердечно поблагодарил таксиста, захлопнул дверцу и посмотрел на часы. Он провозился почти полтора часа! Петины руки и ноги дрожали от усталости, но он испытывал такое облегчение, что домой он отправился почти бегом.

Таксист и пассажир проводили Петю глазами, а потом переглянулись. Таксист заворчал:

- Что ж так долго-то? Ты попробуй в этой таратайке посидеть! Затекло все!

- Скользко очень… Да и стал ты далеко. Мы где договаривались? Ну, все: домой! Праздник на носу!

И прямо на глазах изумленных прохожих машина растаяла в морозном воздухе, слившись со светом городских огней и звезд.

2013, 2016, 2017

Рассказ почему-то непредусмотренного здесь жанра "Рождественская история". Неплохо бы добавить - и рождественские истории, и пасхальные, ибо таких жанров есть!