В городе Н живут только нищие, падшие и пленные духом.
В городе Н — пыль и падаль,
дороги и кирпичи.
В городе Н забыли, как просыпаться без звука
грома или сирены...
В городе Н никто уж давно не городит окопы и блокпосты.
В городе Н сорваны все границы и негде упасть живому,
поэтому падают мертвые.
В городе Н болотная топь заползает в колени.
Колени идущих — простой механизм для отсчета времени.
Падать нужно на грудь,
закрывая в полете голову.
Лететь нужно заворачиваясь петлей у врага на шее.

В городе Н не осталось еды, кислорода и зелени.
В городе Н были люди когда-то и звери,
остались игрушки, мячи и качели.
В городе Н так легко забывать проснуться.
В городе Н так легко забыть
и проснуться среди непроснувшихся.
В городе Н все разрушено.
В городе Н обитают души.
Усопших и выживших,
мертвые и живые души.

На кончике солнечного луча вихри из гари и пыли.
Город Н на пушинке одуванчика.
Город Н не заканчивается
ни нежной белой паутинкой,
ни последним неподнятым телом.
Он не заканчивается криком ребенка,
никогда не узнающем о матери
и криком ребенка, не узнающем мать в изуродованном теле,
он не заканчивается криком исчезания,
криком неповиновения,
воплем отчаяния
последним прикосновением,
сдирающем кожу
на обглоданных войной ладонях...

Город Н не заканчивается,
а я?

червень 2023р.