ОСТАННІ НАДХОДЖЕННЯ
Авторський рейтинг від 5,25 (вірші)

Іван Потьомкін
2024.04.22 10:25
Не блудним сином їхав в Україну
Із того краю, що не чужий тепер мені.
До друзів поспішав, щоб встигнути обняти,
До кладовищ, щоб до могил припасти...
...Вдивлявсь- не пізнавав знайомі видноколи,
Хоч начебто й не полишав я їх ніколи,
Та ось зненацьк

Олександр Сушко
2024.04.22 08:52
Ви чули як чмихають їжаки? Ні? Дивно. Спробуйте увечері натерти пусту собачу тарілку під порогом шматочком тушкованого м’яса. Як сяде сонце – вдягніть щось балахонисте з каптуром та сядьте в кущах на ослінчику. Гарантую: на густий запах тушонки їжак

Леся Горова
2024.04.22 08:32
Верба розплела свої коси за вітром
Під ними у брижах виблискує став,
Скотилися з берега запахи літа ...
Втікаючи геть очерет захитав

Сполоханий крижень. У сірої чаплі
Сьогодні в болоті скрипучий вокал,
А сонце розсипалось плесом по краплі,

Козак Дума
2024.04.22 07:01
Словами не відтворюються ноти,
а ключ скрипковий – музи реверанс.
Приємно спілкуватися на дотик,
коли у тиші слово – дисонанс.


Віктор Кучерук
2024.04.22 05:47
Клекоче й булькає вода,
І піниться, мов юшка, –
Мигоче блякло, як слюда,
Повніюча калюжка.
Навколо неї, як вужі,
Снують струмки глибокі,
Бо для калюжі не чужі
Оці брудні потоки.

Артур Курдіновський
2024.04.21 22:16
МАГІСТРАЛ

Бездонна ніч своєю глибиною
Створила непохитний нотний стан.
А сивий сніг спостерігав за мною:
Чи впораюсь я з болем свіжих ран?

Мелодія, пригнічена журбою

Микола Дудар
2024.04.21 21:42
Квітні, травні, липні, червні…
Серпнів я би не чіпав…
Не помістяться в майстерні —
Нечитайло підсказав…

Що робити, де та правда?
Що такого я зробив?
Серпні наче — не завада,

Євген Федчук
2024.04.21 14:49
Стояв травневий ясний, свіжий ранок.
Вже сонце освітило куполи
Софії. Ніч майнула наостанок
За Гору. Пташки співи завели.
Грайливі горобці чогось зчепились
У поросі. Знайшли, напевно, щось.
А сонні голуби на те дивились
Зі стріхи. Сонце вище піднял

Ігор Шоха
2024.04.21 11:43
Життя таке, що їде дах,
та поки дибаємо далі,
воно збувається у снах
як репетиція реалій.
Ховатися немає де,
хоча і мусимо – подалі:
на Марсі, Місяці... ніде,
якщо і досі де-не-де

Світлана Пирогова
2024.04.21 09:04
Гілкою жасмину розцвіло кохання.
Малювала пензлем сонячна рука.
Цвіт у молоці. Очі - чорна кава.
Небеса завмерли в мовчазнім чеканні.

Серце заспівало, як відлуння мушлі.
Настрій пишноцвіттям розливавсь навкруг.
Цілував кохану той весняний дух.

Віктор Кучерук
2024.04.21 05:54
Струмок лоскоче босі ноги
І холодить помалу їх, –
Бере приємністю в облогу
Мене води грайливий біг.
Вона все тіло освіжає,
Дзюрчанням душу веселить, –
Якби не мілко – батерфляєм
Услід стрімкій понісся б вмить.

Юрій Гундарєв
2024.04.20 22:21
Її було названо на честь героїні Паризької Комуни.
Тож вона гідно несла це волелюбне ім‘я.
У 16 років - активна учасниця київського підпілля.
Потім, після Київського університету імені Тараса Шевченка, все життя - на передовому рубежі української науки

Юрій Гундарєв
2024.04.20 09:59
Про Павлика Морозова


Жив колись Морозов Павлик.
Причаївся, наче равлик,
а коли щось помічав,
«Гей, сюди!» - усім кричав.
Багатьох зігнув в дугу,

Володимир Каразуб
2024.04.20 09:56
Ти будеш втішений її лляним платком
В останній стації де слів уже не треба,
Як був утішений в холодну ніч зими
Вустами жінки, що сплела із неба
Платок весни, платок що сповнив грудь
Гарячим сонцем сяяння любові
І був тобі пеленою в очах, туманним м

Микола Дудар
2024.04.20 07:21
Обіймаю і… благаю
Не носи до вітру сліз
Він і сам цього не знає,
Що розсіє сльози скрізь…
Хто їх годен позбирати?
Хто посмілиться, скажи?
Ну хіба якщо вже мати…
Це відомо всім — ази

Микола Соболь
2024.04.20 06:52
Війна не розуму, а дронів,
такі реалії буття.
Міста великі – полігони,
а ти у них мішенню став.
Замість примножити красиве,
множим життя людське на нуль.
Якщо хтось вижив це вже диво
під градом мін, ракет чи куль.
Останні надходження: 7 дн | 30 дн | ...
Останні   коментарі: сьогодні | 7 днів





 Нові автори (Проза):

Анатолій Цибульський
2024.04.01

Меланія Дереза
2024.02.08

Ольга Чернетка
2023.12.19

Галюся Чудак
2023.11.15

Лінь Лінь
2023.10.26

Світлана Луценко
2023.07.27

Гельґа Простотакі
2023.07.15






• Українське словотворення

• Усі Словники

• Про віршування
• Латина (рус)
• Дослівник до Біблії (Євр.)
• Дослівник до Біблії (Гр.)
• Інші словники

Тлумачний словник Словопедія




Автори / Юрій Гундарєв (1955) / Проза

 Секс в большом городе
Неужели это всё? Неужели вот именно сейчас, в первые дни лета, когда барышни на улице пронзают твоё сердце острыми, высвобожденными от кольчуги бюстгальтеров сосками, когда в голове бурлит громадьё планов на отпуск, когда ты, чёрт возьми, уже почти всего добился за свои неполные сорок семь лет (уже третий год руководишь главным управлением одного из ведущих министерств, у тебя любящая красивая жена, притом уверенно стоящая на своих стройных длинных ногах — шутка ли: ведущая одного из самых рейтинговых телевизионных ток-шоу, твой сын по окончании института международных отношений приглашён на стажировку в Чехию, у тебя, слава Богу, нет ни единого седого волоска во всё ещё густой шевелюре, а в прошлом году в командировке даже случился — впервые в жизни! — секс сразу с двумя молоденькими коллегами - светленькой незамужней Наташей и тёмненькой Ингой, матерью двух уже совсем взрослых детей - ушедших навсегда в мир он-лайн мужа и сына. Конечно же, это ерунда, глупость, что-то вроде похода в тренажёрный зал, но всё равно несмываемы прикосновения, запахи, флюиды, какие-то ирреальные ощущения безумного язычества, когда одна, целуя, помогает тебе войти в другую… Тем не менее такие внеплановые фрагменты, безусловно, расцвечивают иными красками распланированную на месяцы вперёд жизнь, не говоря уже о таком стандартном на сегодняшний день пакете, как трёхкомнатная (с евроремонтом!) квартира, дача, «вольво» (для жены, конечно, у самого-то — служебная), и прочих маленьких социальных радостях… И что же, всё коту под хвост?
Мучительные вопросы такого рода бередили душу Игоря Николаевича Пустовойта, едущего в машине «скорой помощи» в сопровождении пожилой строгой медсестры. А что там ехать от неврологического корпуса до профилактического, где делают всевозможные исследования — УЗИ, рентген, МРТ и тому подобное? Каких-то сто — двести метров. А он — уже в машине и с нянечкой.
Игорь Николаевич вспомнил название посмертного фильма о Майкле Джексоне («Вот и всё!») и грустно улыбнулся.
В голове всё решительно смешалось. Какое-то затмение! Ещё вчера было всё. Ты — собранный, элегантный, наутюженный, после бассейна и обязательной чашечки кофе — выскакиваешь из серебристой «тойоты», под восхищёнными (а может, завистливыми) взглядами впархиваешь в лифт, плавно приземляешься в родное комфортабельное кресло и начинаешь любовно поправлять батарею телефонов (как Ник Мэйсон барабаны перед началом концерта) на приставном столике. Через пять-семь минут с папками и свежей прессой заходит томящаяся в сковывающих юное гибкое тело короткой юбчонке и колготках секретарша Лера, садится на рядом (только для неё!) стоящий стул, и ты, как всегда, спрашиваешь: «Ну как там у нас?», и она, как всегда, немного раздвигает идеальной формы ноги, и ты видишь (близко, на расстоянии вытянутой руки), какого цвета треугольник сегодня усмиряет молодую влажную плоть. Но ты, естественно, делаешь вид, что всё нормально (несмотря на секундную остановку сердца), и говоришь казённым голосом: «Так, спасибо». Это означает, что окрылённая после обязательного ритуала Лера возвращается в приёмную на позицию опорного защитника, а ты уверенно набираешь номер вышестоящего начальника и, понизив для солидности голосовую тональность, разборчиво (учитывая авторитет, а, главное, возраст своего шефа), говоришь: «Доброе утро, Борис Викторович! Это Пустовойт беспокоит». И, стало быть, новый рабочий день начинает своё державное теченье.
Ещё вчера… А сегодня? А сегодня ты овощ: осторожно ступающий, тихо говорящий, туго соображающий. Медперсонал в твоём присутствии не стесняется говорить о тебе в третьем лице («Как он спит?», «Какая у него температура?», «Какая у него реакция на вопросы?», «Он знает, что сосед по палате умер в день его поступления?»).
Да уж знает, ещё не полный идиот! Когда Игоря Николаевича прямо с работы (вели под руки полоумно и виновато улыбающегося) забрала «скорая», он помутневшим рассудком фиксировал (причём, помимо своей воли) все нюансы, детали, детальки, запахи, шорохи, на которые в миру, при обыденном-то раскладе, ему всегда было наплевать.
Вот он лежит на узенькой жёсткой коечке «скорой», судорожно вцепившись мокрыми от волнения ладонями в низенькие бортики своего временного ложа, затылком к водителю, безучастно наблюдая, как в верхнем окошке стремительно проносятся обрывки облаков, фрагменты домов, отдельные бьющие в стекло ветки. Только гнать-то зачем так, Господи? Неужели и в катафалке тоже уготована подобная «Формула-1», только уже ногами вперёд?
Потом долгое сидение в приёмнике в компании с измождённой тёткой, лежащей на высоких носилках с маленькими колёсиками и орущей благим матом.
Вялотекущий утомительный брифинг с пожилым болезненного вида врачом ещё раз подтверждал помутнение рассудка Игоря Николаевича («Ау, кто же здесь врач?»).
— Сколько вам полных лет?
— Сорок шесть. Через два месяца…
— Нет, не надо. Только полных.
— Тогда сорок шесть.
— А почему вы повторяете? Вы же уже это сказали …
— Ну, так, просто уточнил…
— Вы лучше прямо отвечайте на мои вопросы.
— Хорошо, буду прямо.
— Что вас беспокоит?
— Сильные головокружения.
— Когда это началось?
— Месяца два назад.
— Месяца два или два месяца — это большая разница?!
И в таком ключе ещё минут сорок. Пустовойту стало дурно, и он плавно повалился набок…
Очнулся (как говорится — гипс!) уже в палате. Положили, как привезли: в брюках, туфлях, рубашке с длинным рукавом (хоть галстук немного распустили). Ещё бы пиджак, несколько гвоздик, и можно уносить готовенького! А рядом зияющая пустотой койка, туго затянутая накрахмаленной простынёй. И кто-то ещё будет говорить, что тот, кто на ней лежал, выписался! Ха-ха, мы так и поверили. От коечки этой, от которой все шарахаются в разные стороны (даже бесстрашные нянечки с вечным во все времена инвентарём: шваброй и ведром), веяло явно не земной прохладой.
Началась артподготовка: сделали укол, подсоединили к капельнице. Минут через сорок принесли на подносе обед (что характерно: одна ложка, ни ножа, ни вилки — как буйнопомешанному, видимо, дабы не порешил кого из людей в белых халатах или себе чего на японский манер не поделал). Да какой уж тут обед! И без обеда подташнивает.
Потом вломилась… нет, не пехота — целый консилиум: заведующая и несколько врачей, не сводящих глаз не с больного, нет (что логичнее бы), а со своей шефини, которая, похоже, лишь одна имела право голоса.
— Откройте рот! Указательным пальцем правой руки коснитесь кончика носа.
Так и хотелось спросить: «Вашего, доктор?»
— Резко посмотрите вверх…
Наконец-то, определились с лечащим врачом. Им, вернее ею, слава Богу, оказалась молодая черноволосая женщина по имени Алина Ивановна, так ни разу и не глянувшая на своего пациента в присутствии заведующей. Да, Бог с ней! Хоть на МРТ направила, и то спасибо. Кстати, а что такое МРТ? Магнитно- что-то… А, впрочем, какая теперь разница? Недавно смотрели по телеку «Доктора Хауса» и думали, что это так далеко от нас, все эти МРТ и прочее. Ан нет!

Нянечка нежно подвела Игоря Николаевича к скамье в холле и добродушно сказала:
— Ожидай, сынок! Бог даст, всё образуется.
На дворе накрапывал дождик.
Какие же есть доброжелательные люди: «Ожидай, сынок!» Старенькая, вся в морщинках, а сколько доброты, благости какой-то высшей! А он смог бы вот так, от чистого сердца пожелать чужому человеку чего-то хорошего? Даже не сделать, просто пожелать? И разве помнит имена тех женщин, которые ежедневно драят его кабинет, буквально вылизывая каждый квадратный сантиметр? Он в лучшем случае может поздороваться. Или просто кивнуть головой. А может и вообще пройти, как мимо лишнего стула. Но ведь у каждой из них есть своя жизнь, своя боль, дети, внуки, проблемы, болезни. И, наверное, на тебя смотрят как на всемогущее божество. А это божество способно лишь заставить раздвинуть ноги молоденькую женщину, ещё совсем девочку, ровесницу твоего сына. И она не отказывает тебе, возможно, и не потому, что ты неотразим, как Джек Николсон, а потому что боится отказать. И кого ты этим возбуждаешь, точнее, унижаешь? Её? Себя?
А как первый звоночек (а может, и последний?), так сразу в штаны и наложил. Такой сразу стал наблюдательный, плаксивенький…
Дождь усиливался. В проём открытых высоких дверей ворвался поток свежего воздуха.
Этот холл и этот дождь напомнили Пустовойту похожее утро (страшно подумать!) четвертьвековой давности. Точно такой же холл пансионата в Прейле, одного из живописных литовских посёлков, разбросанных на утопающей в соснах косе, пролегающей между Куршским заливом и Балтикой. И так же моросил дождик. И Пустовойт Игорь Николаевич собственной персоной, прибывший на заслуженный отдых. Молодой, обаятельный, сразу после защиты диссертации с таким длинным названием, что лучше не терять время на подробности. В польском джинсовом костюме, в первой бороде и с плеером, из наушников которого пульсирует размеренный ритм только что появившегося пинкфлойдовского альбома с длинным (как у только что защищённой диссертационной работы) названием, переводимым на русский приблизительно так: «Кратковременное помутнение рассудка»…
Тогда (ты ведь точно знал) — это было начало.
А сейчас?
Из зальчика, где делают МРТ, выкатывают коляску, в которой послушно сидит в новом адидасовском костюме моложавый полноватый мужчина, ровесник Игоря Николаевича, с неподвижными руками и ногами и безумно испуганными глазами.
Так вот оно что! Вот так и тебя посадят в спортивном костюмчике и будут возить на потеху доброжелателей всех мастей — от родни до ожидающих на низком старте своей очереди на продвижение по службе коллег.
— Пожалуйста, следующий!
Нянечка мягко подхватывает Пустовойта под вялый локоть и легонько впихивает в зальчик.
— Снимаем часы, отдаём кошелёк и заходим за перегородку.
Игорь Николаевич опять болезненно фиксирует такие вот потусторонние обращения: «он», «снимаем». Как будто тебя здесь уже нет.
Возле таинственного продолговатого саркофага Пустовойт получает последние напутствия («Впервые делаете МРТ? Нет, это не страшно. Будто космическая музыка». — «Пинк Флойд»?» — «А, вы шутите. Если что, нажмёте кнопочку. Если — ну сами понимаете»).
Пустовойт оглянулся. В самом углу, под потолком, висела маленькая картонная иконка. Игорь Николаевич, легко до сей поры шагавший по жизни, как ему казалось, и без чьей-либо помощи, сейчас почувствовал себя маленьким, ничтожным, никому не нужным существом. «Господи, — прошептал он почти неподвижными губами, — помоги мне, Господи, помоги мне, Господи, помоги мне…»

— Просыпайся, сыночек, — слышит во сне маленький Игорь далёкий голос мамы.
— Мамочка, но ты ведь уже умерла? — спрашивает он.
— Просыпайтесь, Игорь Николаевич, — голос мамы звучит более явственно, Пустовойт приоткрывает глаза и видит перед собой… милое черноглазое лицо лечащего врача.
— Ну что, уважаемый Игорь Николаевич, — Алина Ивановна бережно разглаживает на своём загорелом колене большой чёрно-белый снимок. — Слава Богу, с головой у нас (Пустовойт замечает, что с ним — впервые за это так мучительно долго тянущееся время — шутят, да-да, шутят, а это ведь хороший знак!) всё в порядке. Претензии есть к шее. Короче: остеохондроз! Но это не смертельно. На сегодня остеохондроз почти у каждого второго живущего на земле. Мы с вами запишем, какие и в случае чего принимать таблетки, и какую делать гимнастику. Но зарядка не при случае, а ежедневно!
— Доктор, — Игорь Николаевич только сейчас замечает, какие фантастически ухоженные ноги у Алины Ивановны, кляня в душе свою неистребимую сущность, — а музыку в наушниках слушать можно?
— А какую музыку вы любите? — Алина Ивановна снимает белую докторскую шапочку, и густые каштановые волосы падают на плечи.
— Классику предпочитаю слушать, так сказать, живьём. А вот из рока — прежде всего «Пинк Флойд».
— И какой же альбом у вас самый любимый? — Пустовойт видит перед собой уже не бесполого, наводящего априорный ужас врача, а очаровательную тропикано-женщину, которая, кажется, тоже рада превращению умирающего лебедя в принца.
— «Кратковременное помутнение рассудка», — после небольшой паузы отвечает Игорь Николаевич и лукаво улыбается, отчётливо различая два своих отражения в тёмных глазах Алины Ивановны.

Автор: Юрий Гундарев
2014 год




      Можлива допомога "Майстерням"


Якщо ви знайшли помилку на цiй сторiнцi,
  видiлiть її мишкою та натисніть Ctrl+Enter

Про оцінювання     Зв'язок із адміністрацією     Видати свою збірку, книгу

  Публікації з назвою одними великими буквами, а також поетичні публікації і((з з))бігами
не анонсуватимуться на головних сторінках ПМ (зі збігами, якщо вони таки не обов'язкові)




Про публікацію
Дата публікації 2024-03-26 19:26:31
Переглядів сторінки твору 229
* Творчий вибір автора: Майстер-клас
* Статус від Майстерень: Любитель поезії
* Народний рейтинг 0 / --  (4.857 / 5.49)
* Рейтинг "Майстерень" 0 / --  (4.822 / 5.49)
Оцінка твору автором -
* Коефіцієнт прозорості: 0.764
Потреба в критиці щиро конструктивній
Потреба в оцінюванні не обов'язково
Конкурси. Теми ІРОНІЧНИЙ РЕАЛІЗМ, НЕОРЕАЛІЗМ
Автор востаннє на сайті 2024.04.20 22:24
Автор у цю хвилину відсутній

Коментарі

Коментарі видаляються власником авторської сторінки
Микола Соболь (Л.П./М.К.) [ 2024-03-28 11:54:10 ]
От ніколи не питайте за що нам це все! Просто читаючи дописи мовою ворога пам'ятайте: ці виродки, що нею пишуть, наводять ракетні удари по Україні і щодня чекають приходу росіянтів!


Коментарі видаляються власником авторської сторінки
Юрій Гундарєв (М.К./Л.П.) [ 2024-04-08 09:41:02 ]
Хотів би всім подякувати за таке потужне прочитання цієї новели.