Солдаты группы "Центр"
Солдат всегда здоров,
Солдат на все готов, -
И пыль, как из ковров,
Мы выбиваем из дорог.

И не остановиться,
И не сменить ноги, -
Сияют наши лица,
Сверкают сапоги!

По выжженной равнине -
За метром метр -
Идут по Украине
Солдаты группы "Центр".

На "первый-второй" рассчитайсь!
Первый-второй...
Первый, шаг вперед! - и в рай.
Первый-второй...
А каждый второй - тоже герой, -
В рай попадет вслед за тобой.
Первый-второй,
Первый-второй,
Первый-второй...

А перед нами все цветет,
За нами все горит.
Не надо думать - с нами тот,
Кто все за нас решит.

Веселые - не хмурые -
Вернемся по домам, -
Невесты белокурые
Наградой будут нам!

Все впереди, а ныне -
За метром метр -
Идут по Украине
Солдаты группы "Центр".

На "первый-второй" рассчитайсь!
Первый-второй...
Первый, шаг вперед! - и в рай.
Первый-второй...
А каждый второй - тоже герой, -
В рай попадет вслед за тобой.
Первый-второй,
Первый-второй,
Первый-второй...

27 апреля 1965


Высота

Вцепились они в высоту, как в свое.
Огонь минометный, шквальный...
А мы все лезли толпой на нее,
Как на буфет вокзальный.

И крики "ура" застывали во рту,
Когда мы пули глотали.
Семь раз занимали мы ту высоту -
Семь раз мы ее оставляли.

И снова в атаку не хочется всем,
Земля - как горелая каша...
В восьмой раз возьмем мы ее насовсем -
Свое возьмем, кровное, наше!

А может ее стороной обойти, -
И что мы к ней прицепились?!
Но, видно, уж точно - все судьбы-пути
На этой высотке скрестились.

1965


x x x

Сколько павших бойцов полегло вдоль дорог -
Кто считал, кто считал!..
Сообщается в сводках Информбюро
Лишь про то, сколько враг потерял.

Но не думай, что мы обошлись без потерь -
Просто так, просто так...
Видишь - в поле застыл как подстреленный зверь,
Весь в огне, искалеченный танк!

Где ты, Валя Петров? - что за глупый вопрос:
Ты закрыл своим танком брешь.
Ну а в сводках прочтем: враг потери понес,
Ну а мы - на исходный рубеж.

1965


x x x

В тюрьме Таганской нас стало мало -
Вести по-бабски нам не пристало.

Дежурный по предбаннику
Все бьет - хоть землю с мелом ешь, -
И я сказал охраннику:
"Ну что ж ты, сука, делаешь?!"

В тюрьме Таганской легавых нету, -
Но есть такие - не взвидишь свету!

И я вчера напарнику,
Который всем нам вслух читал,
Как будто бы охраннику,
Сказал, что он легавым стал.

В тюрьме Таганской бывает хуже, -
Там каждый - волком, никто не дружит.

Вчера я подстаканником
По темечку по белому
Употребил охранника:
Ну что он, сука, делает?!

1965


x x x
И. Кохановскому

Сыт я по горло, до подбородка -
Даже от песен стал уставать, -
Лечь бы на дно, как подводная лодка,
Чтоб не могли запеленговать!

Друг подавал мне водку в стакане,
Друг говорил, что это пройдет,
Друг познакомил с Веркой по пьяни:
Верка поможет, а водка спасет.

Не помогли ни Верка, ни водка:
С водки - похмелье, а с Верки - что взять!
Лечь бы на дно, как подводная лодка, -
И позывных не передавать!..

Сыт я по горло, сыт я по глотку -
Ох, надоело петь и играть, -
Лечь бы на дно, как подводная лодка,
Чтоб не могли запеленговать!

1965


x x x

Игорю Кохановскому

Мой друг уедет в Магадан -
Снимите шляпу, снимите шляпу!
Уедет сам, уедет сам -
Не по этапу, не по этапу.

Не то чтоб другу не везло,
Не чтоб кому-нибудь назло,
Не для молвы: что, мол, - чудак, -
А просто так.

Быть может, кто-то скажет: "Зря!
Как так решиться - всего лишиться!
Ведь там - сплошные лагеря,
А в них - убийцы, а в них - убийцы..."

Ответит он: "Не верь молве -
Их там не больше, чем в Москве!"
Потом уложит чемодан,
И - в Магадан.

Не то чтоб мне - не по годам, -
Я б прыгнул ночью из электрички, -
Но я не еду в Магадан,
Забыв привычки, закрыв кавычки.

Я буду петь под струнный звон
Про то, что будет видеть он,
Про то, что в жизни не видал, -
Про Магадан.

Мой друг поедет сам собой -
С него довольно, с него довольно, -
Его не будет бить конвой -
Он добровольно, он добровольно.

А мне удел от бога дан...
А может, тоже - в Магадан?
Уехать с другом заодно -
И лечь на дно!..

1965


x x x

Перед выездом в загранку
Заполняешь кучу бланков -
Это еще не беда, -
Но в составе делегаций
С вами едет личность в штатском -
Просто завсегда.

А за месяц до вояжа
Инструктаж проходишь даже -
Как там проводить все дни:
Чтоб поменьше безобразий,
А потусторонних связей
Чтобы - ни-ни-ни!

...Личность в штатском - парень рыжий -
Мне представился в Париже:
"Будем с вами жить, я - Никодим.
Вел нагрузки, жил в Бобруйске,
Папа - русский, сам я - русский,
Даже не судим".

Исполнительный на редкость,
Соблюдал свою секретность
И во всем старался мне помочь:
Он теперь по роду службы
Дорожил моею дружбой
Просто день и ночь.

На экскурсию по Риму
Я решил - без Никодиму:
Он всю ночь писал - и вот уснул, -
Но личность в штатском, оказалось,
Раньше боксом увлекалась -
Так что - не рискнул.

Со мной он завтракал, обедал,
И везде - за мною следом, -
Будто у него нет дел.
Я однажды для порядку
Заглянул в его тетрадку -
Просто обалдел!

Он писал - такая стерьва! -
Что в Париже я на мэра
С кулаками нападал,
Что я к женщинам несдержан
И влияниям подвержен
Будто Запада...

Значит, личность может даже
Заподозрить в шпионаже!..
Вы прикиньте - что тогда?
Это значит - не увижу
Я ни Риму, ни Парижу
Больше никогда!..

1965


Песня студентов-археологов

Наш Федя с детства связан был с землею -
Домой таскал и щебень и гранит...
Однажды он принес домой такое,
Что папа с мамой плакали навзрыд.

Студентом Федя очень был настроен
Поднять археологию на щит, -
Он в институт притаскивал такое,
Что мы кругом все плакали навзрыд.

Привез однажды с практики
Два ржавых экспонатика
И утверждал, что это - древний клад, -
Потом однажды в Элисте
Нашел вставные челюсти
Размером с самогонный аппарат.

Диплом писал про древние святыни,
о скифах, о языческих богах.
При этом так ругался по-латыни,
Что скифы эти корчились в гробах.

Он древние строения
Искал с остервенением
И часто диким голосом кричал,
Что есть еще пока тропа,
Где встретишь питекантропа, -
И в грудь себя при этом ударял.

Он жизнь решил закончить холостую
И стал бороться за семейный быт.
"Я, - говорил, - жену найду такую -
От зависти заплачете навзрыд!"

Он все углы облазил - и
В Европе был, и в Азии -
И вскоре откопал свой идеал,
Но идеал связать не мог
В археологии двух строк, -
И Федя его снова закопал.

1965


x x x

В холода, в холода
От насиженных мест
Нас другие зовут города, -
Будь то Минск, будь то Брест, -
В холода, в холода...

Неспроста, неспроста,
От родных тополей
Нас суровые манят места -
Будто там веселей, -
Неспроста, неспроста...

Как нас дома ни грей -
Не хватает всегда
Новых встреч нам и новых друзей, -
Будто с нами беда,
Будто с ними теплей...

Как бы ни было нам
Хорошо иногда -
Возвращаемся мы по домам.
Где же ваша звезда?
Может - здесь, может - там...

1965


x x x

В плен - приказ: не сдаваться! - они не сдаются,
Хоть им никому не иметь орденов.
Только черные вороны стаею вьются
Над трупами наших бойцов.

Бог войны - по цепям на своей колеснице, -
И в землю уткнувшись солдаты лежат.
Появились откуда-то белые птицы
Над трупами наших солдат.

После смерти - для всех свои птицы найдутся,
Так и белые птицы - для наших бойцов.
Ну а вороны - словно над падалью - вьются
Над черной колонной врагов.

1965


Песня завистника

Мой сосед объездил весь Союз -
Что-то ищет, а чего - не видно, -
Я в дела чужие не суюсь,
Но мне очень больно и обидно.

У него на окнах - плюш и шелк,
Баба его шастает в халате, -
Я б в Москве с киркой уран нашел
При такой повышенной зарплате!

И, сдается мне, что люди врут, -
Он нарочно ничего не ищет:
Для чего? - ведь денежки идут -
Ох, какие крупные деньжищи!

А вчера на кухне ихний сын
Головой упал у нашей двери -
И разбил нарочно мой графин, -
Я - мамаше счет в тройном размере.

Ему, значит, - рупь, а мне - пятак?!
Пусть теперь мне платит неустойку!
Я ведь не из зависти, я так -
Ради справедливости, и только.

...Ничего, я им создам уют -
Живо он квартиру обменяет, -
У них денег - куры не клюют,
А у нас - на водку не хватает!

1965


Про черта

У меня запой от одиночества -
По ночам я слышу голоса...
Слышу - вдруг зовут меня по отчеству, -
Глянул - черт, - вот это чудеса!
Черт мне корчил рожи и моргал,
А я ему тихонечко сказал:

"Я, брат, коньяком напился вот уж как!
Ну, ты, наверно, пьешь денатурат...
Слушай, черт-чертяка-чертик-чертушка,
Сядь со мной - я очень буду рад...
Да неужели, черт возьми, ты трус?!
Слезь с плеча, а то перекрещусь!"

Черт сказал, что он знаком с Борисовым -
Это наш запойный управдом, -
Черт за обе щеки хлеб уписывал,
Брезговать не стал и коньяком.
Кончился коньяк - не пропадем, -
Съездим к трем вокзалам и возьмем.

Я устал, к вокзалам черт мой съездил сам...
Просыпаюсь - снова черт, - боюсь:
Или он по новой мне пригрезился,
Или это я ему кажусь.
Черт ругнулся матом, а потом
Целоваться лез, вилял хвостом.

Насмеялся я над ним до коликов
И спросил: "Как там у вас в аду
Отношение к нашим алкоголикам -
Говорят, их жарят на спирту?!"
Черт опять ругнулся и сказал:
"И там не тот товарищ правит бал!"

...Все кончилось, светлее стало в комнате, -
Черта я хотел опохмелять,
Но растворился черт как будто в омуте...
Я все жду - когда придет опять...
Я не то чтоб чокнутый какой,
Но лучше - с чертом, чем с самим собой.

1965


Песня о сумасшедшем доме

Сказал себе я: брось писать, -
но руки сами просятся.
Ох, мама моя родная, друзья любимые!
Лежу в палате - косятся,
не сплю: боюсь - набросятся, -
Ведь рядом - психи тихие, неизлечимые.

Бывают психи разные -
не буйные, но грязные, -
Их лечат, морят голодом, их санитары бьют.
И вот что удивительно:
все ходят без смирительных
И то, что мне приносится, все психи эти жрут.

Куда там Достоевскому
с "Записками" известными, -
Увидел бы, покойничек, как бьют об двери лбы!
И рассказать бы Гоголю
про нашу жизнь убогую, -
Ей-богу, этот Гоголь бы нам не поверил бы.

Вот это мука, - плюй на них! -
они же ведь, суки, буйные:
Все норовят меня лизнуть, - ей-богу, нету сил!
Вчера в палате номер семь
один свихнулся насовсем -
Кричал: "Даешь Америку!" - и санитаров бил.

Я не желаю славы, и
пока я в полном здравии -
Рассудок не померк еще, но это впереди, -
Вот главврачиха - женщина -
пусть тихо, но помешана, -
Я говорю: "Сойду с ума!" - она мне: "Подожди!"

Я жду, но чувствую - уже
хожу по лезвию ноже:
Забыл алфавит, падежей припомнил только два...
И я прошу моих друзья,
чтоб кто бы их бы ни был я,
Забрать его, ему, меня отсюдова!

1965


x x x

Есть на земле предостаточно рас -
Просто цветная палитра, -
Воздуха каждый вдыхает за раз
Два с половиною литра!

Если так дальше, так - полный привет -
Скоро конец нашей эры:
Эти китайцы за несколько лет
Землю лишат атмосферы!

Сон мне тут снился неделю подряд -
Сон с пробужденьем кошмарным:
Будто - я в дом, а на кухне сидят
Мао Цзедун с Ли Сын Маном!

И что - разделился наш маленький шар
На три огромные части,
Нас - миллиард, их - миллиард,
А остальное - китайцы.

И что - подают мне какой-то листок:
На, мол, подписывай - ну же, -
Очень нам нужен ваш Дальний Восток -
Ах, как ужасно нам нужен!..

Только об этом я сне вспоминал,
Только о нем я и думал, -
Я сослуживца недавно назвал
Мао - простите - Цзедуном!

Но вскорости мы на Луну полетим, -
И что нам с Америкой драться:
Левую - нам, правую - им,
А остальное - китайцам.

1965


x x x

Моя метрика где-то в архиве хранится,
А архив в сорок первом под Минском сгорел.
Так что, может, мне двадцать, а может быть тридцать,
Ну а месяц рожденья я выбрал апрель.

В апреле солнце припекает,
В апреле - первого - все врут.
А за апрелем май бывает,
А в мае любят, а в мае пьют.

Мать моя умерла в сорок третьем в Калуге,
Кто отец мой, быть может, не знала и мать.
Место жительства я себе выбрал на юге,
А места притыченья не нам выбирать.

В апреле солнце припекает,
В апреле - первого - все врут.
А за апрелем май бывает,
А в мае любят, а в мае пьют.

{1965}