ЗЫ был начинающим и не очень уверенным в себе творцом. Его творениям часто не хватало завершенности, а иногда и здравого смысла. То и дело выяснялось, что ЗЫ что-то забыл, и ему приходилось задним числом доделывать и переделывать вселенную.

Так, когда ЗЫ создал растения, которые размножались опылением, выяснилось, что пыльца этих растений вызывает у самого ЗЫ сильную аллергию, а насекомые, переносящие пыльцу, больно жалятся и производят в своих ульях галлюциногенный мед.

Теперь, когда ЗЫ по своим творческим делам приходилось бывать среди этих растений, он непрестанно чихал и взвизгивал от укусов насекомых. Те его твари, которые питались медом, полагали ЗЫ плодом своих галлюцинаций и не почитали как творца.

В общем, воплощение творческих планов ЗЫ часто бывало непредсказуемо даже для него самого.

Поэтому, когда ЗЫ однажды задумал создать нечто прекрасное и взял в руки глину, оказалось, что это будет не нечто, а некто. ЗЫ мял глину, придавал ей разные формы, растягивал, скатывал в шарик и все не мог решить, что за существо он создает. Так в руках ЗЫ оказалась фигурка с мощными бедрами, округлым животом, обширной грудью и маленькой головой. ЗЫ еще не решил, готова ли тварь к бытию, когда порыв ветра принес целое облако пыльцы. ЗЫ втянул ее носом, чихнул прямо на глиняную фигурку, и его дыхание вызвало существо к жизни. О прочих свойствах, которыми наделил существо его чих, ЗЫ даже не догадывался.

Существо потянулось, встало на ноги и сообщило ЗЫ, что оно голодно, страдает от жажды, хотело бы новое платье и сумку, траву надо туда, деревья сюда, а небосвод пора освежить. «И побрейся», - добавило существо.

С этого дня ЗЫ потерял покой и совершенно перестал заниматься творчеством. Он беспрестанно выполнял требования существа, которое ловко шантажировало ЗЫ своей слабостью и его могуществом. Стоило ЗЫ замешкаться, стараясь понять, чего же хочет существо и как это исполнить, сохранив во вселенной хрупкое равновесие, как существо тут же начинало плакать и жаловаться, что его никто не любит.

И ЗЫ махнул рукой на равновесие, только бы существо было довольно и не изводило его своими причитаниями. Вселенная без его внимания приходила в упадок, законы ее то и дело нарушались, и уже не только самим ЗЫ, но и его тварями, договорившимися до полного отрицания ЗЫ.

Однажды ЗЫ пришлось целую ночь удерживать луну так, чтобы она проливала «таинственный свет» в верхний левый угол окна. Утром он понял, что больше так жить нельзя. Проблема с равновесием вселенной больше не казалась ЗЫ проблемой. Теперь спасаться нужно было самому ЗЫ.

И тут ЗЫ осенило. Существу нужен помощник, во всем ему соответствующий, который бы имел к нему природное влечение. И ЗЫ, пользуясь тем, что существо крепко уснуло, взял у него одно из ребер и начал лепить из ребра помощника. Перебирая в уме все потребности существа, ЗЫ пришел к выводу, что одного ребра для удовлетворения этих потребностей мало, и он взял у существа еще одно ребро. А потом еще одно... и еще одно... и еще одно ребро, пока не оказалось, что на создание помощника ушел весь материал, из которого состояло существо.

Помощник... вернее, новое существо ЗЫ понравилось. Он еще никогда не трудился так тщательно и с таким вдохновением. Более того: обычно ЗЫ творил под влиянием момента, без плана и цели, просто следуя порыву, а сейчас перед ним была тварь, задуманная и созданная для решения разнообразных задач. ЗЫ смотрел на нее с благоговением и даже с какой-то любовью. Он понял, что вложил в эту тварь столько стараний, что даже из одной ее косточки – да хоть из ребра! – он сможет воссоздать и то изначальное существо, ради помощи которому была создана эта новая тварь.

ЗЫ обвел взглядом свою вселенную и понял, что она недостойна нового существа. Да и сам он как творец, признался себе ЗЫ в порыве великодушия, тоже этого существа недостоин. И ЗЫ бережно положил существо на самую верхнюю полку и приступил к полной перестройке – вначале себя, а затем и вселенной.

Труднее, дольше и больнее всего было работать над собой, поэтому ЗЫ, когда вдохнул жизнь в новое существо, поведал ему историю бытия, начиная с того момента, когда ЗЫ сотворил небо и землю.

Сам же ЗЫ так основательно потрудился над собой, что даже имя его изменилось. Прежнее имя, как напоминание о былой торопливости, забывчивости и недальновидности, он скрыл в символе. Люди часто используют этот символ, хотя и не знают его истинного значения. Это «P.S.»

2013