И я, с глазами спящей на охоте жабы,
И ты, как рыба раздувающая жабры,
Мечтавшие о сне на полчаса хотя бы,
И чтоб закончил ныть проломленный висок,
И ночь и день, сказал бы Алексей Хвостенко,
Добавлю: есть соседи стуками за стенкой,
Где день – ремонт, а ночь – кумар у Ленки
И вордовский рифмованный листок,

Вот так и жили безо сна во сне, о сне мечтая.
Я часто говорил тебе, поспи, моя родная,
Но светового дня для жизни не хватает,
А ночью вместо сна потливая любовь.
Я спрашивал тебя: "Когда наступит утро?",
В ответ ты доставала крем и пудру,
И Ленку превращала из лахудры
В такую, за которою любой…

А я сидел, обняв твои коленки,
И проходил кумар у наркоманки-Ленки,
В который раз мы слушали Хвостенко,
О том, что где-то там есть город золотой.
И тлел октябрь, и, печально догорая,
Заканчивал Хвостенко петь о рае,
И вечер наступал в начале мая
Отрезанной от памяти кистой…