У причала стояла водолазная станция, покачиваясь на сине-зелёных майских волнах. Время от времени она тёрлась об автомобильные покрышки, навешенные по периметру причала, издавая противный резиновый хрип. Сама станция выглядела обычным обстановочным теплоходом, оборудованным водолазным снаряжением. Вид у теплохода был боевой. Покрашеный в цвета хаки, а учитывая, что это был уже шестой слой краски и кое-где проглядывали коррозионные коржи, станция напоминала жабу. Старую жабу. Которую все знают и все жалеют. Казалось очевидным, что жаба живёт уже не первую жизнь.
На палубе, в ожидании уборки, стояли два наполненных ведра и утреннее солнце застыло в речной воде оцинкованной акватории.
По двору технического участка водных путей бегал пацан лети пяти. Он доставал из кармана стручки сухой, не лузганной фасоли, очищал, и стрелял из рогатки по курам. Те в очередной раз трепыхались и, замученные ребёнком, убегали за спасением за очередное здание или сарай. Тот не унимался и поджидал их, спрятавшись за навигационным буём, лежавшим посреди двора. Возле берега, стоя на одном колене, жена начальника участка и его бабушка, стирала в ржавом корыте белье.
- Федька! Не трожь кур, гадёныш!
- Аааааааааааа!
Федя сделал вираж за угол и забежал на задний двор участка.
- Пли!
Куры подняли облако пыли, выгнули в прыжке лапы, выдавая в себе маленьких лебедей, и опустились на траву в разных концах двора. Федя ликовал.
Рядом с женой начальника участка стоял капитан водолазной станции и рассказывал ей пошлый анекдот.
- А она ему говорит…
Слева от здания администрации техучастка со скрипом открылась дверь. На порог небольшого кирпичного домика в трусах и майке вышел сам начальник. Его жена хихикнула, капитан перевёл наглый взгляд на только что появившегося хозяина участка и замолчал.
Николай Афанасьевич почесал грудь и воткнул в рот папиросу. Одну ногу он поставил на перегородку ограждения, а локтём упёрся в перила. Солнце предательски светило в правый глаз. Нога была приподнята и из трусов выпали яйца начальника. Он смачно затянулся папиросой, и лицо обвило чёрно-серое облако дыма.
Капитан водолазного бота тоже достал папиросу, и что-то шепнул на ухо подбежавшего к нему Федьке. Пацан прикинул взглядом расстояние и кивнул. Затем достал из кармана стручок фасоли, очистил и зарядил в рогатку фиолетовое с белыми заточками ядро.
Когда в прицеле была зафиксирована цель, он сильнее оттянул резинку и выстрелил. Солнце улыбалось навстречу ребёнку и играло с его запутанными волосами. Федя прищурил глаз и присел. Ядро вырвалось из плотного кольца пушки и увидело солнечный свет. Все трое улыбались, как дети. Следующее, что увидело ядро, были сиреневые яйца Николая Афанасьевича. Бздынь!
Капитан, Федя и солнце на секунду запечатлели, как упал у порога начальник участка, держась за ужаленное место, и синхронно отвернулись в разные стороны. Федька бежал, куда глаза глядят, а старик материл всё на свете. Куры прыгали по двору, а солнце брызгало слезами и не могло удержаться от смеха.
Капитан достал из кармана телефон. С недовольным лицом дождался, пока отыграет вся мелодия, и облегчённо вздохнул, когда звонок прекратился. Через мгновение мелодия из «Бумера» началась снова.
- Вот, блядь…
Он выплюнул сигарету и прижал к уху телефон.
- Алло?
- Плюто? Вы где сейчас?
- В Немытом, Евгений Сергеич. На участке.
- А где должны быть?
- Ну, у нас топливо закончилось… Пришлось зайти.
- Опять закончилось? Что вы мне мозги ебёте? Чтоб через полчаса вы уже шли к шлюзу.
- Дык, ведь, шторм…
- Какой шторм!? Это что тебе, водохранилище? Давай, дуй на шлюз. Там тебя люди уже второй день ждут. Там проблемы, понял, ты или нет?
***
В двенадцать дня в кабинет начальника шлюза зашёл капитан водолазной станции и протянул руку.
- Плюто. Олег Ефимович.
- Гурский Николай Сергеевич.
- Что стряслось?
- Да как вам сказать… Пока сами не знаем. Нижние ворота стали со скрипом закрываться. Что-то им там мешает. Сделали траление, гидротехник говорит там какой-то предмет. Без водолаза не обойтись.
- Понятно. Сейчас скажу, чтоб спускались. Наряд на спуск оформили?
- Ещё вчера. Через полчаса ждём Сарай с немцами, так что, чем быстрее справимся, тем меньше будет вони. Если их теплоход задержим, будет скандал.
- Ладно, справимся. С вас бутылка…
- Да какие вопросы.
Водолазную станцию запустили в судоходную камеру шлюза, где она и пришвартовалась. На палубе теплохода натягивал на себя костюм водолаз Коля. Он был усатый и уставший. За это несоответствие занимаемой должности, начальство собиралось списать Колю не берег. Коля этого ещё не знал, поэтому медленно натягивал резиновый костюм, не выпуская изо рта сигарету. У Коли, каждый раз, как спускаться под воду начинали болеть уши. Все его спуски превращались в хреновый театр. Он всех так достал своими ушами, что руководство управления решило принять нового водолаза.
У бетонного парапета стоял начальник шлюза и курил сигарету за сигаретой. Через пятнадцать минут должен был прийти большой белый теплоход с немецкими туристами на борту. Коля выплюнул сигарету в воду и приветливо махнул начальнику шлюза. Друг друга они знали уже давно. «Давай, давай, Колян. Пиздуй под воду. Не томи…», - сказал про себя Николай Сергеевич Гурский. Коля надел акваланг и маску и пингвином направился к трапу, опущенному в воду.
Когда от водолаза на поверхности воды остались лишь пузырьки, начальник шлюза облегчённо выдохнул. Десять минут. Вдали, в акватории порта, показался теплоход-красавец.
Коля погружался на дно судоходной камеры с фонариком в руке. Река уже во всю цвела зелёнкой, поэтому вода была мутной и совсем не прозрачной. Опустившись на дно, прямо у ворот, он одной рукой направлял луч фонарика, а второй шарил по бетонному дну. Когда он наткнулся на какой-то предмет, мул поднялся со дна, и Коля ещё секунд тридцать ничего не видя, ощупывал, что нашёл. Потом луч фонарика осветил очертания находки и Николай обоссался.
Пока он окунем мчал вверх, к звёздам, в голове, словно клип, промелькнула вся жизнь. Самый дорогой клип в истории подводного кинематографа.
Крик был слышен ещё из-под воды. Белый теплоход стоял у причальной стенки шлюза.
- Бомба!
Коля задыхался от волнения, а старший водолаз с круглыми глазами помогал выбраться тому из воды.
- Чё ты несёшь, дурья башка?
- Снаряд там... Я его в руки, а он… снаряд.
Все в мгновение оцепенели. И солнце, и начальник, и даже две чайки столкнулись в небе.
«Вот же ж, блядь, Коля. Ну, что ж ты за куроглот такой. Я тебе эту бутылку засуну по самые колокола…», - начальник шлюза перегнулся через парапет, пытаясь узнать, что ж там на самом деле.
***
- Николай Аркадьевич, вы уверены, что это снаряд?
В кабинете начальника шлюза было десять человек. Половина в погонах. Рядом с водолазом стоял молодой человек в штатском и повторял свой вопрос.
- Вы не перепутали? Вы понимаете…
Начальник шлюза стоял возле окна с генералом из МЧС.
- Надо, чтоб он спустился за ней и достал.
- Что? Исключено. Он же не минёр. Да его и так туда уже не затащишь. Посмотрите на него…
Все посмотрели на Колю и про себя матюкнулись. На нём не было лица. Казалось на нём не осталось даже ушей. Он втянул их и слушал.
- Поймите, такого рода водолазы есть только в Керчи. Пока они сюда прибудут… А делать нужно сейчас. Немцы вон стоят ждут три часа. Мне уже звонил министр.
- Да какие в жопу немцы? Скажите им, что барсук в шлюз заплыл. Что Гринпис тут спасает его. Немцы, то же мне...
- Ну, вы же сами понимаете… Героя ему дадут. Да она уже и не действующая эта мина...
- Снаряд. Вот сами и ныряйте. Начальник отошёл от окна и подошёл к водолазу.
- Коля, давай выйдем на минуту? Мы сейчас…
Они вышли из кабинета и закрылись у главного инженера.
- Слышь, как твои уши?
- Да вроде нормально…
- А семья, как?
- У старшей сын родился. Бабушка счастлива.
- Ты знаешь, что тебя с работы собираются уволить?
- Меня? За что?
- Ну, как тебе сказать… За всё…
Через пятнадцать минут они вышли из кабинета главного инженера и сели в лифт. Выходя из административного корпуса, Николай Сергеич набрал номер начальства и доложил обстановку. На том конце соглашались с доводами.
- Ну, что ж, везёт засранцу. Хотели уволить, а придётся ещё и поощрить. Ну, с Богом.
- Аминь. Тьфу. Точно-точно, с Богом.
***
Коля помолился и ушёл под воду. У парапета стояло человек пятнадцать, и все тоже синхронно помолились. У каждого в руке был зажат мобильный телефон, готовый доложить во все концы хорошую весть…
В руке у Николая был судорожно зажат большой подводный фонарь, привезенный эмчаэсовцами. Он медленно спускался на дно, освещая по пути стаю заблудившихся карасей. В глазах Коли они все были жаренными и в сметане. Он сглотнул слюну и направил свет, в то место, где ещё недавно лежал в речном иле старый, времён войны, снаряд.
Шлюз находился под автомобильным мостом, и разные зеваки уже стояли у ограждения моста, с интересом наблюдая за происходящим. Отгонять их не было смысла. Это привело бы к ещё большему количеству нежелательных слухов.
Коля был аккуратен и ловок, словно дорогая проститутка. Издали, увидев желаемое, он, не поднимая ни одной подводной пылинки, подплыл, нежно взял «его» и снова рванул к звёздам. На палубе водолазной станции стоял старший водолаз и сержант из аварийно-спасательной службы. Только двое. Они ждали героя.
Жак Ив Колян вынырнул неожиданно быстро. Все ждали, что и под водой его будут мучить сомнения, но он справился быстро. Наверху все схватились за телефоны и стали набирать своих начальников.
К появившемуся из воды снаряду первым протянул руки сержант. Он также аккуратно взял его в руки и посмотрел на подводного героя. Потом обратно на снаряд и снова на Колю. Старший водолаз Иннокентий Палыч смотрел на сержанта в дурном предчувствии.
Сержант пошевелил губами, и выронил из рук ржавый метал.
- Долбоёб…
Иннокентий Палыч закрыл лицо руками и упал подкошенный на палубу. Когда он открыл глаза, рядом с ним лежала ржавая стальная заготовка времён неоконченной механической обработки. Он поднял мокрые глаза на сержанта.
- Чё?
- Чё-чё? Какой же это в жопу снаряд… Чурка стальная. Долбоёб ваш Коля.

***
- Ну, раз они так решили, не будем спорить.
Начальник шлюза соглашался по телефону с руководством из управления, сидя у себя в кабинете. Он был один. Все уже разъехались. Даже немцы.
- Он видимо жопой чувствовал, что его хотят уволить. Специально наверно выдумал. Ладно, Сергеич, придётся дать ему грамоту. Пусть работает пока.
- Пока уши не заболели…
-Ага…
Через день в местной газете вышла короткая заметка. В ней говорилось, что силами керченских водолазов аварийно-спасательной службы был поднят со дна реки предмет похожий на снаряд. Предмет не представляет опасности для населения.