1

Чудовище притаилось под мостом, сложенным в древности неведомыми исполинами из огромных ноздреватых валунов. Его когтистые лапы цепко держались за камни, под чешуйчатой кожей напряглись стальные мышцы. Чудовище охотилось, и добыча была совсем близко.

На мосту остановились путники. Двое. Они чутко прислушивались, но ночная тьма, окрашенная туманом в сероватый цвет, была безмолвна. Путники не слышали других звуков, кроме своего дыхания. Тот, что повыше ростом, коротко кивнул своему товарищу, и они быстро пошли через мост.

Мгновенно ночная тишина отпрянула куда-то во мрак, разорванная в клочья устрашающим ревом. Из-под моста, взмахивая кожистыми крыльями и широко разинув пасть, поднялось чудовище. Путники увидели прямо перед собой огромные, налитые кровью глаза. Путники замерли на месте, парализованные страхом. Чудовище снова издало свой рев и тяжело приземлилось на мост.

Мост тряхнуло под ногами путников, и они очнулись, сбросили с себя оцепенение страха и кинулись бежать. Несколько шагов – и путников скрыли спасительные кроны деревьев. Им вслед несся разъяренный рев чудовища, упустившего добычу. Снова тишина; путники прислушивались, но слышали только собственное прерывистое дыхание и стук крови в висках.

А потом в тишине появился какой-то жалобный стон, он прорастал в туман, извивался, тянулся, ширился, заполнял собой пространство, и вот уже все вокруг было охвачено ноющим, тоскливым, тянущим прямо за душу воем голодного чудовища. Вой вознесся над мостом и оборвался, будто упал в реку.

Путники переглянулись. Нужно искать другую дорогу.

2

В одном из древних, но совсем небольших и порядком запущенных приморских городков Крыма есть парк. Парк тянется узкой полосой между городским пляжем и прибрежным шоссе. Восточная оконечность парка упирается в товарную станцию, а западная – в полуразрушенную генуэзскую башню. В парке растут сосны, ели, акации, платаны и кипарисы. Под деревьями стелется мягкая густая трава.

Летом там бывает так жарко, что деревья в парке высыхают до черноты, а трава превращается в неопрятные клочья соломы. Воздух под кронами деревьев неподвижен, сух и горяч. Любое его движение поднимает мелкую белую пыль, которая подолгу висит над землей. Пыль окутывает и тех, кто невольно ускоряет шаги, стараясь поскорее преодолеть парк, это последнее препятствие на пути к морю. Кажется, что в воздухе висит мука, а не пыль.

Несколько дорожек парка сходятся на небольшом пространстве, свободном от деревьев и покрытом, как и все в этом парке, белой горячей пылью. Тут установлена детская площадка - современная, яркая. Наверное, это самая новая вещь в городке. На горках, качелях, башенках, переходах и лесенках площадки – несколько малышей. В такую жару им совсем не хочется бегать и прыгать; их привели сюда родители. Малыши безжизненно повисают на разноцветных горячих трубах, сидениях и качелях. Им жарко и скучно. Родители, укрывшись в тени иссохших деревьев, пьют пиво.

3

Путники осторожно пробирались между деревьев. Тьма под их густыми кронами была почти непроницаема для глаз, и путникам приходилось находить дорогу ощупью. Иногда они замирали, прислушиваясь и присматриваясь, но ничто не напоминало больше о чудовище, напавшем на них на мосту.

Чудовище покинуло свою засаду под мостом и медленно двинулось вдоль берега реки. Лес был слишком густым для его крыльев и массивного тела, поэтому чудовище решило подкараулить путников у брода, ниже по течению. Оно, огромное, страшное, двигалось в ночи совершенно бесшумно. Путники не слышали и не видели его, и чудовище не видело путников, но, втягивая холодный ночной воздух своими широкими ноздрями, чудовище чувствовало их запах, запах страха и немного, совсем чуть-чуть, запах надежды. Это был любимый аромат чудовища – запах добычи, которая вскоре будет поймана и съедена.

Путники вышли к просвету между деревьями. Неширокая тропа выходила из густых зарослей, спеленатых туманом, и вела к броду через реку. Брод был отмечен камнями, там и сям поднимавшими свои блестящие головы из черной воды. Путники притаились за камнем, оглядывая реку. Ее берега были едва видны в ночи, и ни один звук не нарушал глухую и неподвижную тишину. Сейчас путников эта тишина пугала: они понимали, что притаившийся враг совершенно бесшумен.

Наконец, путники решились, но как только они вышли к броду, откуда-то из мрака к ним метнулась огромная тень. Не мешкая, путники тут же вернулись под защиту деревьев. И этот путь был отрезан.

4

К площадке вышли трое: девочка лет шести, мальчик лет четырех и мужчина, вероятно, их отец. Оглядев площадку и сонных малышей, дети взобрались на башенку, а мужчина, помахав им рукой, скрылся под дощатым переходом, ведущим к башенке. Дети, оглядываясь и осторожно шагая, начали двигаться по этому переходу к другой башенке.

Их отец, улучив момент, когда их бдительность ослабела, выпрыгнул из-под перехода и издал устрашающий рык. Малыши завизжали и кинулись бегом. «Чудовище! Чудовище!», - восторженно кричали они, карабкаясь по лесенке в другую башню. Чудовище, то есть их отец, снова скрылся под переходом. Дети попытались спуститься на землю, но их подстерегали и тут. Площадка то и дело оглашалась испуганным визгом, радостными криками «Чудовище!» и страшным рычанием.

Другие малыши на площадке оживились. Они подобрались поближе к играющим, внимательно следя за их передвижениями. Постепенно лица малышей начинают повторять выражение лиц детей, играющих с отцом в «чудовище»: настороженное ожидание, испуг, радость. Вот один из них, девочка лет пяти, приближается к играющим настолько, что оказывается на пути «чудовища». Поймав его вопросительный взгляд, она всем своим видом показывает, что готова и боятся, и убегать, и тут же бросается на утек. Мужчина, издав победный рык, преследует уже трех детей.

Через несколько минут все малыши, кроме одного, уже вовлечены в игру. Они носятся по площадке, кричат, прячутся от «чудовища», вырываются из его лап, если «чудовище» ловит их, и даже нападают на него, чтобы отбить кого-то из пойманных им детей. Только один мальчик в белой панамке не принимает участия в игре; он стоит в сторонке и внимательно следит за игрой.

Родители малышей, играющих на площадке, начинают проявлять некоторый интерес к тому, что там происходит. Они повернули головы в сторону площадки, продолжая прихлебывать пиво из больших пластиковых бутылок. Их лица ничего не выражают. Им жарко и скучно. Мальчик в панамке, не принимающий участия в игре, заметив, что взрослые повернулись к площадке, срывается с места и со всех ног бежит к ним.

5

Чудовище продолжает следить за путниками. Выбора у них нет: реку можно пересечь только по мосту или через брод. Выше и ниже по течению река намного глубже и быстрее, лодки у путников нет, а летать здесь умеет только чудовище. Ждать осталось недолго, обед уже почти готов. Чудовище прислушивается к шорохам и шепотам в ночном мраке и облизывает длинные клыки шершавым языком.

Путники, собрав всю свою отвагу, обнажив короткие мечи, с отчаянными криками бросаются к броду. Они решили перейти реку во чтобы о ни стало, принять бой, если потребуется, и погибнуть, если не будет другого выхода. Чудовище, готовое к таким действиям, мягко взмывает над рекой, настигает путников и падает на них сверху. Раскрыты когтистые лапы, широко разинута страшная пасть, и смерть путников неотвратима. Чудовище издает короткий утробный рык, его когти и клыки вот-вот вонзятся в трепещущую плоть путников, как вдруг откуда-то сзади доносится звонкий торжествующий крик: «Мой папа сказал, чтоб вы не смели трогать чужих девочек!».

Чудовище обрушивается на острые речные камни беспорядочной грудой, месивом крыльев, лап, голов и хвостов. Путники оглядываются в недоумении; на высоком берегу стоит мальчик в белой панамке и с торжествующим видом указывает пальцем на поверженное чудовище. Прямо на их глазах чудовище начинает скорчиваться, уменьшаться, пока от него не остается кучка серо-стальных чешуй и пара кривых костей.

6

На детской площадке воцаряется тишина. Малыши снова замерли, повисли на горячих разноцветных трубах, сидениях и качелях. Им жарко и скучно.

Девочка лет шести и мальчик лет четырех в сопровождении отца покидают площадку. Малыши провожают их тоскующими взглядами. Отец торопится, подталкивает детей. Он неловко оглядывается; человек на скамейке, возле которого стоит мальчик в панамке, салютует ему пластиковой пивной бутылкой и делает из нее глоток. Мужчина отворачивается и ускоряет шаги. Человек на скамейке удовлетворенно ухмыляется и показывает мальчику в панамке большой палец.

2012 г.