Авторський рейтинг від 5,25 (вірші)
2026.03.14
02:38
Не розказуй мені про любов,
Лиш кохай мене палко, без тями!
Ти повернешся ще в мій альков,
І торкнешся волосся вустами!
.
Ніжноковзанням віллєш снаги,
Біострумів сяйнуть блискавиці,
Вдарить спалах миттєвий жаги,
Лиш кохай мене палко, без тями!
Ти повернешся ще в мій альков,
І торкнешся волосся вустами!
.
Ніжноковзанням віллєш снаги,
Біострумів сяйнуть блискавиці,
Вдарить спалах миттєвий жаги,
2026.03.14
00:59
Олександр Жаров (1904—1984)
Сяйте багаттями, синії ночі!
Ми – піонери, діти робочих.
В радісну еру
мчим стрімголов,
клич піонера –
«Завжди будь готов!»
Сяйте багаттями, синії ночі!
Ми – піонери, діти робочих.
В радісну еру
мчим стрімголов,
клич піонера –
«Завжди будь готов!»
2026.03.13
22:31
Професор дрімав
під час
засідання кафедри
але всередині нього
вирувала запекла дискусія
між виноградною силою кавказу
та галицькою стриманістю
та чача була не просто рідиною
під час
засідання кафедри
але всередині нього
вирувала запекла дискусія
між виноградною силою кавказу
та галицькою стриманістю
та чача була не просто рідиною
2026.03.13
21:53
Гуаш весни чарує спраглі очі,
Мов перший дотик лагідних долонь.
В твоїй душі займається вогонь.
Прибравши холод, йде тепло уроче.
Блакить небес, прозора та пророча
Впадає в плеса синіх ручаїв.
Проміння, наче золотий курсив
Мов перший дотик лагідних долонь.
В твоїй душі займається вогонь.
Прибравши холод, йде тепло уроче.
Блакить небес, прозора та пророча
Впадає в плеса синіх ручаїв.
Проміння, наче золотий курсив
2026.03.13
20:00
І
Немає з ким у спокої дожити
свої три літа на своїй землі...
ну як вас уму-розуму навчити,
помітні українські москалі
і не помітні інде посполиті?
Уперся рогом за своє корито
чужий по духу рід мій у селі.
Немає з ким у спокої дожити
свої три літа на своїй землі...
ну як вас уму-розуму навчити,
помітні українські москалі
і не помітні інде посполиті?
Уперся рогом за своє корито
чужий по духу рід мій у селі.
2026.03.13
19:57
За Росією, навіки втраченою,
Бо нова –тюрма ще гірша.
Рахманінов плаче в зарубіжжі,
На розраду слів уже нема.
Бо ж не тільки слово, а й музику
Душать в обіймах невігласи…
Бо Росія голодна й загнуздана,
І до смаку їй оди й оглушливі марші.
Бо нова –тюрма ще гірша.
Рахманінов плаче в зарубіжжі,
На розраду слів уже нема.
Бо ж не тільки слово, а й музику
Душать в обіймах невігласи…
Бо Росія голодна й загнуздана,
І до смаку їй оди й оглушливі марші.
2026.03.13
19:40
Хто ти, жінко? Яка ти, квітко?
Солод серця гірким полином...
Ой яка ж бо летка, лелітко...
Гай хіба ж то твоя провина,
що вродилась у мамки слічна,
крихту гойна? Усе полова...
Вроди - капка, та й та не вічна,
Солод серця гірким полином...
Ой яка ж бо летка, лелітко...
Гай хіба ж то твоя провина,
що вродилась у мамки слічна,
крихту гойна? Усе полова...
Вроди - капка, та й та не вічна,
2026.03.13
19:39
Поворожу на чистих сторінках
сліпучо білих - білим і на біло...
Зіллю свій жаль і все, що наболіло -
хай чистість та вбере і біль, і страх...
На білім болю пам'ять настою,
зіп'ю лиш раз і виллю, щоб забути...
Так розірву прокляття чорні пута,
сліпучо білих - білим і на біло...
Зіллю свій жаль і все, що наболіло -
хай чистість та вбере і біль, і страх...
На білім болю пам'ять настою,
зіп'ю лиш раз і виллю, щоб забути...
Так розірву прокляття чорні пута,
2026.03.13
11:42
Не віриться, що перше серпня
До нас навшпиньках підійшло,
Встромивши вістря прямо в серце,
Нахмуривши сумне чоло.
Воно прийшло, як піхотинець
Крізь огорожі та рови.
Воно пропхалось попідтинню
До нас навшпиньках підійшло,
Встромивши вістря прямо в серце,
Нахмуривши сумне чоло.
Воно прийшло, як піхотинець
Крізь огорожі та рови.
Воно пропхалось попідтинню
2026.03.13
11:36
Щоденно поїзди гудками плакали,
Коли везли вигнанців по землі,
Котра пахтіла кров'ю вурдалакові,
Що жадібно від галасу хмелів.
Хватав жінок, дітей, і люто бавився,
Незнаний звір залісенських боліт,
Гонимий і жадобою і заздрістю
Коли везли вигнанців по землі,
Котра пахтіла кров'ю вурдалакові,
Що жадібно від галасу хмелів.
Хватав жінок, дітей, і люто бавився,
Незнаний звір залісенських боліт,
Гонимий і жадобою і заздрістю
2026.03.13
05:57
Пересохли джерела натхнення
І озер задоволень нема, -
Маячить за плечима у мене
Без ніяких здобутків сума.
Повисає, мов прапор поразки,
Мов безсилля і слабкості знак, -
Мов закінчення доброї казки,
Яке щойно дошкрябав сяк-так...
І озер задоволень нема, -
Маячить за плечима у мене
Без ніяких здобутків сума.
Повисає, мов прапор поразки,
Мов безсилля і слабкості знак, -
Мов закінчення доброї казки,
Яке щойно дошкрябав сяк-так...
2026.03.13
05:08
Осипався із підборіддя мій грим
Занурю печалі у віскі & джин
Приборкувач занапастив свій батіг
І леви замовкли і тигри притихли
Ла-ла-ла-ла-ла-ла-ей
О вип’єм усі адже клоун помер
Занурю печалі у віскі & джин
Приборкувач занапастив свій батіг
І леви замовкли і тигри притихли
Ла-ла-ла-ла-ла-ла-ей
О вип’єм усі адже клоун помер
2026.03.12
23:33
Зимова соната лунає красиво,
Сніжинки легенькі пошиють серпанок.
Казкова новела лягає курсивом -
Краплинки надії прикрасять світанок.
Октави небесні співають блакиттю,
Стражденні рядочки запахли зимою.
Ласкаво засяють минулі століття,
Сніжинки легенькі пошиють серпанок.
Казкова новела лягає курсивом -
Краплинки надії прикрасять світанок.
Октави небесні співають блакиттю,
Стражденні рядочки запахли зимою.
Ласкаво засяють минулі століття,
2026.03.12
22:48
Себе, коханого, люби,
Люби шалено й емоційно.
Ти найдорожчий і безцінний
Серед безликої юрби.
Себе, коханого, люби,
Не припиняй ні на хвилину,
Нехай думки до себе линуть
Люби шалено й емоційно.
Ти найдорожчий і безцінний
Серед безликої юрби.
Себе, коханого, люби,
Не припиняй ні на хвилину,
Нехай думки до себе линуть
2026.03.12
17:24
У часи, як в Україні ще чумакували.
Ішли валки чумацькії по Дикому полю,
Випробовували часто мінливую долю,
Бо усякі небезпеки на них там чигали.
Хижаки та ще, не дай Бог, степові пожежі,
Від яких порятуватись було неможливо.
Чи то в балці налетить
Ішли валки чумацькії по Дикому полю,
Випробовували часто мінливую долю,
Бо усякі небезпеки на них там чигали.
Хижаки та ще, не дай Бог, степові пожежі,
Від яких порятуватись було неможливо.
Чи то в балці налетить
2026.03.12
17:01
І
Знищує совкове покоління
бог війни, але цупке коріння
пріє – не пани, і не раби,
а розтерте жорнами судьби
і не пересіяне насіння
під орала іншої доби.
Ера воєн вирушає далі,
Останні надходження: 7 дн | 30 дн | ...Знищує совкове покоління
бог війни, але цупке коріння
пріє – не пани, і не раби,
а розтерте жорнами судьби
і не пересіяне насіння
під орала іншої доби.
Ера воєн вирушає далі,
Останні коментарі: сьогодні | 7 днів
2026.02.11
2025.11.29
2025.09.04
2025.08.19
2025.05.15
2025.04.30
2025.04.24
• Українське словотворення
• Усі Словники
• Про віршування
• Латина (рус)
• Дослівник до Біблії (Євр.)
• Дослівник до Біблії (Гр.)
• Інші словники
Автори /
Максим Тарасівський (1975) /
Проза
Мюллендамские мельники. Глава первая
Контекст : Для дітей і не тільки - Сванте Свантесон та його "Сказки прежних времен"
• Можлива допомога "Майстерням"
Публікації з назвою одними великими буквами, а також поетичні публікації і((з з))бігами
не анонсуватимуться на головних сторінках ПМ (зі збігами, якщо вони таки не обов'язкові)
Мюллендамские мельники. Глава первая
В старину неподалёку от Бьёрнвика, несколько выше по течению Чёрного ручья, стояла водяная мельница, а при ней – хутор. Называлось то место Мюллендам, и доныне так называется; теперь уж там ни хутора, ни мельницы, ни людей нет, но до сих пор о нём рассказывают всякое. Однако мало кто знает правдивую историю Мюллендамских мельников: слишком много воды с тех пор утекло под то мельничное колесо! А история эта стоит того, чтобы ее рассказать, и того, чтобы ее послушать… Ну, так и быть, расскажу, слушайте!
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Построил ту мельницу Гуго из Гротборга: в родном городе не позволили ему реку запрудить, вот он и двинулся приискать себе другое место. Так и набрел он на Черный ручей и решил там поставить свою мельницу. Изрядно потрудился Гуго! Один-одинешенек, без помощников и работников, он валил деревья и таскал валуны, чтобы поставить плотину и запрудить ручей. Когда запруда была готова, Гуго взялся за сооружение мельницы: вытесал из камня огромные жернова и построил из самого крепкого дерева мельничное колесо под стать жерновам. Долго и тяжко трудился он, голодал и замерзал, а когда жернова и колесо были готовы, оказалось, что никак ему одному их на место не установить: велики, тяжелы слишком!
Свет померк у Гуго перед глазами, а в голове помутилось. Ведь сколько трудов положено на эту мельницу, и всё зря! Видно, придется ему вернуться в Гротборг и заняться каким-то другим делом. А ведь Гуго так хотел иметь собственную мельницу! – теперь же, когда все его надежды пошли прахом, им овладело самое черное отчаяние. И вдруг, откуда ни возьмись, прямо перед Гуго человечек появился, словно из-под земли выпрыгнул! Гуго даже не успел толком удивиться или как следует испугаться, потому что пришелец снял шляпу, поклонился и с улыбкой сказал:
- День добрый тебе, господин мельник!
- Эх, - вздохнул Гуго, - не зови меня так, не судьба мне, несчастному Гуго, мельницей владеть: не могу я колесо и жернова на место установить – велики, тяжелы слишком, мне – не по силам.
А человечек снова улыбнулся и говорит:
- Знаю твою беду, и как помочь ей тоже знаю, потому-то и величаю тебя господином мельником. Будет у Гуго своя мельница!
Гуго и приободрился, и насторожился: ведь не просто так ему помощь предлагает человечек, а кто он таков, как его зовут, зачем пришел – ничего неизвестно! Да и чем такой коротышка ему поможет – ведь в человечке росту с локоть! И только Гуго собрался расспросить таинственного гостя, как тот сам ему всё и рассказал. А только рассказал хитро: Гуго будто бы всё услышал, во всём разобрался, обо всём с человечком договорился, и даже по рукам с ним ударил, мол, согласен! – а вспомнить ничего не может. Оглянулся Гуго – а колесо уже над запрудой стоит, и вода его лопатки вращает, а из мельницы слышатся каменные голоса жерновов, трущихся один о другой! А из лесу вереницей тянутся крестьянские телеги, доверху загруженные зерном. Заработала мельница Гуго, сбылась его мечта!
Человечек выдернул свою маленькую ладошку из ручищи Гуго, поклонился, произнес «Сочтемся, как уговорились!» - и пропал, будто его и не было. А Гуго некогда было удивляться и раздумывать, потому что со всех сторон его обступили люди, и всем нужно было одно: смолоть зерно, да поскорее!
С того самого дня Гуго только успевал поворачиваться: мельница работала день и ночь без остановки. У мельника не стало теперь ни минутки покоя или отдыха; зато появился у него сундучок, который скоро наполнился монетами доверху, так что пришлось ему завести себе сундук побольше, а потом – и еще один.
Нажил мельник достаток, поставил рядом с мельницей дом и привел в него жену-красавицу. На мельнице появились работники: ведь работы было столько, что Гуго сам уже никак с ней не справлялся; пришлось ему нанять сначала одного, потом еще одного, а после еще троих работников, а там уж и хижины для них поставить. Вот так на Черном ручье и вырос хутор, который вместе с мельницей прозвали Мюллендам. Что тут сказать! - процветал Гуго, только одно его печалило: не было у него детей; кому достанутся мельница, дом и сундучки с монетами, когда их с женой не станет?
И вот как-то выпал такой день, когда ни одна телега и ни одна баржа не привезли на мельницу зерна; работники, пользуясь таким небывалым случаем, отправились в соседний Бьёрнвик. Непривычно было Гуго сидеть без дела, и он пошел осмотреть запруду и мельничное колесо, не требуют ли они ремонта. Поглядел Гуго на колесо, которое высоко поднималось над водой, и вспомнил о человечке, который ему когда-то и с колесом, и с жерновами помог. И вдруг, откуда ни возьмись, прямо перед Гуго тот человечек и появился, словно из-под земли выпрыгнул:
- Здравствуй, Гуго, - говорит, - день добрый тебе, господин мельник! Пришло время уговор исполнить!
Гуго и рад бы исполнить уговор, а какой – нет, не помнит он, о чем с человечком уговорился, а расспросить – нет, не получается! И он только молча кивнул человечку, а тому только это и было нужно: он в ладошки хлопнул, и тут же из лесу к мельнице побежала целая ватага таких же – с локоток ростом – человечков, и у каждого – мешок огромный на спине. Человечки один за другим вбежали в мельницу, колесо ее завертелось, послышались каменные голоса жерновов – заработала мельница!
У Гуго от сердца отлегло: так вот какой был уговор! И он уселся с трубочкой на крыльце своего дома, наблюдая за бойкими человечками, которые без устали таскали на мельницу один мешок за другим. Так Гуго выкурил одну трубочку, а потом и вторую, а там и третью, а когда стемнело, и вовсе спать отправился, а человечки всё таскали из лесу мешки на мельницу. Утром вернулись из Бьёрнвика работники, а следом за ними и крестьянские телеги с зерном пожаловали. А между тем человечки по-прежнему таскали на мельницу свои мешки; и так продолжалось весь день, и ночью, и следующим утром, и до вечера, и снова ночью, и конца-края этому не было.
А вокруг мельницы уже собралось полным-полно телег, а на Черном ручье – барж, и все груженые зерном, и всем нужно одно: смолоть зерно, да поскорее! И тогда Гуго пошёл к человечку – а тот вовсю распоряжался на мельнице, как на своей собственной, и на работников Гуго покрикивал, как на своих собственных! Увидел это Гуго, рассердился и сказал:
- Господин не-помню-как-тебя-величать! Сочлись мы с тобой! Убирайся с моей мельницы, пока цел!
Человечек ножкой топнул, глазками сверкнул и крикнул:
- Уговор! Пошел прочь! – а все его подручные свои мешки побросали и принялись Гуго с мельницы выталкивать. Даром что коротышки, мельнику по колено; взялись дружно, раз! - и выкинули Гуго с мельницы, а сами снова мешки таскают, как ни в чем ни бывало! Тут уж Гуго рассердился по-настоящему и закричал работникам своим и собравшимся вокруг мельницы и на ручье крестьянам:
- Люди добрые! Помогите от этих захватчиков избавиться! Они мельницу к рукам прибрали, а вас всех без хлеба оставили!
Люди в наших краях работящие, крепкие и сноровистые, а лишних разговоров не любят совсем. Похватали они палки, колья, оглобли, вилы, косы и топоры, да и разогнали захватчиков Мюллендамской мельницы, те по лесу и разбежались. А предводителя их, того самого человечка, недолго думая, в ручей кинули. Человечек в ручье барахтался-барахтался, на помощь звал-звал, а никто его не спас, ни свои, ни чужие. Тогда крикнул он:
- Отомстят тебе, мельник, те, кто меня погубил, отомстят! – и с тем исчез под водой.
Поначалу Гуго опасался, что подручные человечка явятся снова и ему какую-нибудь неприятность учинят. Но дни шли за днями, недели за неделями, так без малого год прошёл, а о них не было ни слуху, ни духу. Между тем дела в Мюллендаме шли не хуже, чем раньше, и даже лучше: мельница работала день и ночь, а у Гуго наконец-то родился сын. Сердце мельника радовалось: есть у него теперь, кому мельницу, дом и сундучки с монетами передать! Однако радость мельника скоро сменилась глубоким горем: жена-красавица после рождения сына умерла, оставив Гуго вдовцом, а маленького Гёкке – сироткой.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
Построил ту мельницу Гуго из Гротборга: в родном городе не позволили ему реку запрудить, вот он и двинулся приискать себе другое место. Так и набрел он на Черный ручей и решил там поставить свою мельницу. Изрядно потрудился Гуго! Один-одинешенек, без помощников и работников, он валил деревья и таскал валуны, чтобы поставить плотину и запрудить ручей. Когда запруда была готова, Гуго взялся за сооружение мельницы: вытесал из камня огромные жернова и построил из самого крепкого дерева мельничное колесо под стать жерновам. Долго и тяжко трудился он, голодал и замерзал, а когда жернова и колесо были готовы, оказалось, что никак ему одному их на место не установить: велики, тяжелы слишком!
Свет померк у Гуго перед глазами, а в голове помутилось. Ведь сколько трудов положено на эту мельницу, и всё зря! Видно, придется ему вернуться в Гротборг и заняться каким-то другим делом. А ведь Гуго так хотел иметь собственную мельницу! – теперь же, когда все его надежды пошли прахом, им овладело самое черное отчаяние. И вдруг, откуда ни возьмись, прямо перед Гуго человечек появился, словно из-под земли выпрыгнул! Гуго даже не успел толком удивиться или как следует испугаться, потому что пришелец снял шляпу, поклонился и с улыбкой сказал:
- День добрый тебе, господин мельник!
- Эх, - вздохнул Гуго, - не зови меня так, не судьба мне, несчастному Гуго, мельницей владеть: не могу я колесо и жернова на место установить – велики, тяжелы слишком, мне – не по силам.
А человечек снова улыбнулся и говорит:
- Знаю твою беду, и как помочь ей тоже знаю, потому-то и величаю тебя господином мельником. Будет у Гуго своя мельница!
Гуго и приободрился, и насторожился: ведь не просто так ему помощь предлагает человечек, а кто он таков, как его зовут, зачем пришел – ничего неизвестно! Да и чем такой коротышка ему поможет – ведь в человечке росту с локоть! И только Гуго собрался расспросить таинственного гостя, как тот сам ему всё и рассказал. А только рассказал хитро: Гуго будто бы всё услышал, во всём разобрался, обо всём с человечком договорился, и даже по рукам с ним ударил, мол, согласен! – а вспомнить ничего не может. Оглянулся Гуго – а колесо уже над запрудой стоит, и вода его лопатки вращает, а из мельницы слышатся каменные голоса жерновов, трущихся один о другой! А из лесу вереницей тянутся крестьянские телеги, доверху загруженные зерном. Заработала мельница Гуго, сбылась его мечта!
Человечек выдернул свою маленькую ладошку из ручищи Гуго, поклонился, произнес «Сочтемся, как уговорились!» - и пропал, будто его и не было. А Гуго некогда было удивляться и раздумывать, потому что со всех сторон его обступили люди, и всем нужно было одно: смолоть зерно, да поскорее!
С того самого дня Гуго только успевал поворачиваться: мельница работала день и ночь без остановки. У мельника не стало теперь ни минутки покоя или отдыха; зато появился у него сундучок, который скоро наполнился монетами доверху, так что пришлось ему завести себе сундук побольше, а потом – и еще один.
Нажил мельник достаток, поставил рядом с мельницей дом и привел в него жену-красавицу. На мельнице появились работники: ведь работы было столько, что Гуго сам уже никак с ней не справлялся; пришлось ему нанять сначала одного, потом еще одного, а после еще троих работников, а там уж и хижины для них поставить. Вот так на Черном ручье и вырос хутор, который вместе с мельницей прозвали Мюллендам. Что тут сказать! - процветал Гуго, только одно его печалило: не было у него детей; кому достанутся мельница, дом и сундучки с монетами, когда их с женой не станет?
И вот как-то выпал такой день, когда ни одна телега и ни одна баржа не привезли на мельницу зерна; работники, пользуясь таким небывалым случаем, отправились в соседний Бьёрнвик. Непривычно было Гуго сидеть без дела, и он пошел осмотреть запруду и мельничное колесо, не требуют ли они ремонта. Поглядел Гуго на колесо, которое высоко поднималось над водой, и вспомнил о человечке, который ему когда-то и с колесом, и с жерновами помог. И вдруг, откуда ни возьмись, прямо перед Гуго тот человечек и появился, словно из-под земли выпрыгнул:
- Здравствуй, Гуго, - говорит, - день добрый тебе, господин мельник! Пришло время уговор исполнить!
Гуго и рад бы исполнить уговор, а какой – нет, не помнит он, о чем с человечком уговорился, а расспросить – нет, не получается! И он только молча кивнул человечку, а тому только это и было нужно: он в ладошки хлопнул, и тут же из лесу к мельнице побежала целая ватага таких же – с локоток ростом – человечков, и у каждого – мешок огромный на спине. Человечки один за другим вбежали в мельницу, колесо ее завертелось, послышались каменные голоса жерновов – заработала мельница!
У Гуго от сердца отлегло: так вот какой был уговор! И он уселся с трубочкой на крыльце своего дома, наблюдая за бойкими человечками, которые без устали таскали на мельницу один мешок за другим. Так Гуго выкурил одну трубочку, а потом и вторую, а там и третью, а когда стемнело, и вовсе спать отправился, а человечки всё таскали из лесу мешки на мельницу. Утром вернулись из Бьёрнвика работники, а следом за ними и крестьянские телеги с зерном пожаловали. А между тем человечки по-прежнему таскали на мельницу свои мешки; и так продолжалось весь день, и ночью, и следующим утром, и до вечера, и снова ночью, и конца-края этому не было.
А вокруг мельницы уже собралось полным-полно телег, а на Черном ручье – барж, и все груженые зерном, и всем нужно одно: смолоть зерно, да поскорее! И тогда Гуго пошёл к человечку – а тот вовсю распоряжался на мельнице, как на своей собственной, и на работников Гуго покрикивал, как на своих собственных! Увидел это Гуго, рассердился и сказал:
- Господин не-помню-как-тебя-величать! Сочлись мы с тобой! Убирайся с моей мельницы, пока цел!
Человечек ножкой топнул, глазками сверкнул и крикнул:
- Уговор! Пошел прочь! – а все его подручные свои мешки побросали и принялись Гуго с мельницы выталкивать. Даром что коротышки, мельнику по колено; взялись дружно, раз! - и выкинули Гуго с мельницы, а сами снова мешки таскают, как ни в чем ни бывало! Тут уж Гуго рассердился по-настоящему и закричал работникам своим и собравшимся вокруг мельницы и на ручье крестьянам:
- Люди добрые! Помогите от этих захватчиков избавиться! Они мельницу к рукам прибрали, а вас всех без хлеба оставили!
Люди в наших краях работящие, крепкие и сноровистые, а лишних разговоров не любят совсем. Похватали они палки, колья, оглобли, вилы, косы и топоры, да и разогнали захватчиков Мюллендамской мельницы, те по лесу и разбежались. А предводителя их, того самого человечка, недолго думая, в ручей кинули. Человечек в ручье барахтался-барахтался, на помощь звал-звал, а никто его не спас, ни свои, ни чужие. Тогда крикнул он:
- Отомстят тебе, мельник, те, кто меня погубил, отомстят! – и с тем исчез под водой.
Поначалу Гуго опасался, что подручные человечка явятся снова и ему какую-нибудь неприятность учинят. Но дни шли за днями, недели за неделями, так без малого год прошёл, а о них не было ни слуху, ни духу. Между тем дела в Мюллендаме шли не хуже, чем раньше, и даже лучше: мельница работала день и ночь, а у Гуго наконец-то родился сын. Сердце мельника радовалось: есть у него теперь, кому мельницу, дом и сундучки с монетами передать! Однако радость мельника скоро сменилась глубоким горем: жена-красавица после рождения сына умерла, оставив Гуго вдовцом, а маленького Гёкке – сироткой.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ
Бьёрнвик, Гротборг, Чёрный ручей - топонимы сказок "Отшельник из Бьёрнвика" и "Господин Фонарщик" из моей книги "СВАНТЕ СВАНТЕСОН. СКАЗКИ ПРЕЖНИХ ВРЕМЕН" (электронное издание, Киев, 2017, Мультимедийное издательство Стрельбицкого). Книга доступна на платформах АНДРОНУМ, ЛИТРЕС и других. Переводы сказок Сванте на украинский язык в свободном доступе на странице Сванте на Фейсбуке https://www.facebook.com/svantesvantesonbooks/
Контекст : Для дітей і не тільки - Сванте Свантесон та його "Сказки прежних времен"
• Можлива допомога "Майстерням"
Публікації з назвою одними великими буквами, а також поетичні публікації і((з з))бігами
не анонсуватимуться на головних сторінках ПМ (зі збігами, якщо вони таки не обов'язкові)
Про публікацію
